7 Мая 2021, Пятница, 1:38 Facebook ВКонтакте Twitter Instagram

Юбилей саратовского коллапсеца

Номер журнала: №3(173), март 2014 г.
Рубрика: Наблюдатель
14/03/2014 17:13

Областные власти пообещали нам тощий 2014-й год, причем обнадеживать скорым исправлением ситуации заведомо не стали. Народ в общественном транспорте измеряет температуру подступающей социально-экономической депрессии. А ведь когда все мы были на десять лет моложе, пересуды были ровно те же: экономика в кризисе, всё разворовали, долги удушают.
Газетные заголовки предвещали «губернии» судьбу банановой республики, констатировали разложение хозяйства из-за немыслимой коррупции, поощряемой главой области. Тем интереснее сравнить реальности года нашего, 2014-го, с относительно далеким 2004-м. Последний год аяцковского ханства. Об этом никто не знает, но все надеются. Саратовские политики уже выстроились в очередь за громкими уголовными делами. Вячеслав Володин еще депутат Госдумы, но уже вице-спикер. Николай Панков перебирает бумаги в его секретариате и носит большой портфель. Валерий Радаев – глава района с населением 24 тысячи человек. Олег Грищенко в областной думе разрабатывает программу «Нам здесь жить». А тем временем пресса живописует скрежет стали, с которым в боях решают судьбу региона рыцари мандата и чековой книжки. Благородные фамилии многих тогдашних политиков уже подзабыты, как и содержание, что вкладывали мы в понятие «кризис».

Взъерошенная политика
Ровная поступь саратовской политики образца начала 2014 года не имеет ничего общего с гонкой по колдобинам зимы 2004-го. Именно тогда на губернатора Дмитрия Аяцкова начала медленно двигаться глыба, «нагроможденная» совместными усилиями Вячеслава Володина, бизнесмена Леонида Фейтлихера и областного прокурора Анатолия Бондара. Ее надводной частью стал антиаяцковский «Народный фронт», сколотить который было поручено прямолинейному харизматику Вячеславу Мальцеву. В середине года в этом движении было уже довольно много народу, часто под флагами антагонистов. В их числе правые и левые радикалы: «Народная воля», РКРП, нацболы, Авангард красной молодежи. По городу металось «фронтовое» авто, с которого через мегафон неслось: «Очистим Россию от скверны! Да здравствует Путин! Долой Аяцкова!». Противники губернатора свезли на автобусах в Москву массовку и провели митинг у администрации президента. По районам собрали 150 тысяч подписей за отставку Аяцкова. Видя активность г-на Мальцева, саратовцы уже прочили его в советники будущего главы региона. Последним многие ожидали увидеть самого Володина. Опасение росло с приближением губернаторских выборов.
Звоночек для г-на Аяцкова к тому времени уже раздался. Год стартовал сенсационным возбуждением уголовного дела против губернатора в связи с рядом злоупотреблений – довольно мелких в сравнении с бытовавшими слухами о масштабе его бизнес-интересов. Глава области сохранял мину и регулярно ездил в Кремль, чтобы далее публично подчеркивать близость к центру управления кадровыми полетами. В июле дело закрыли. Буквально на следующий день генпрокурор Устинов объявил о заведении «уголовки» на супругу саратовского губернатора – по факту мошенничества с двумя миллионами рублей. Эксперты трактовали эти манипуляции как торг между Дмитрием Аяцковым и его столичными недоброжелателями. Окончательным результатом стал негласный договор: нет претензий на губернаторство – нет уголовного дела. А будет уголовное дело – будет и срок. Тюремный.
ДФ долго не сдавался. Подробности его столкновений с оппонентами обильно удобряли страницы прессы. В июле неизвестные кинули боевую гранату в сад Александра Ландо, руководителя приемной депутата Володина. Чудом никто не пострадал – недалеко от забора играла внучка Александра Соломоновича. Газета «Богатей» в этой связи напомнила, что именно его стараниями правительству области и федеральному инспектору Ринату Халикову не удалось поставить своего человека во главе местного филиала «Почты России». Вместо этого главным почтмейстером стал присягнувший на верность вице-спикеру Госдумы перебежчик из аппарата Аяцкова – некто г-н Серебряков. В сентябре Ринату Халикову пришла ответная любезность. Мотоциклист закинул гранату в окно его дома. Амбиции молодых политических игроков сметали на своем пути все.

У нас была безликая эпоха
Все лето и осень между Володиным и Аяцковым, с перевесом первого, шла борьба за продвижение своих людей в облизбирком. Газета «Саратовский расклад» полагала, что именно этот клинч определял, кто станет в 2005 году следующим губернатором: никто еще не знал, что в декабре вступит в силу закон о президентском назначении глав регионов.
Плелись интриги в районах. Муниципальные главы, которым материально помогал Вячеслав Володин, не без оснований рассматривались губернатором как пятая колонна предстоящей в марте 2005-го избирательной кампании. Г-н Аяцков устраивал опальным чиновникам на местах неистовые разносы – вплоть до объявления гомосексуалистом главы администрации Петровского района Николая Бабанского. Вокруг самого Аяцкова, с его все более нервозным поведением слабеющего патриарха, ширилось отчуждение. Главы районов отказывались от должностей министров и зампредов в «хромом» правительстве, а газеты с ерничеством перемывали ситуацию. Губернатор, записавший в геи подчиненного, вместе со своими сторонниками сам оказался «меньшинством». «Иуды есть и в этом зале!» – скорбно констатировал Дмитрий Федорович на летнем областном активе. Он заподозрил в измене даже свою правую руку – вице-губернатора Владимира Марона и уволил вместе с ним разом все правительство.
В облдуме к концу года были реальные опасения, что дерущиеся бульдоги от разных группировок не смогут принять очередной бюджет. Начался передел в реготделении «ЕР». На ноябрьском собрании из политсовета вывели депутата облдумы, брата губернатора Владимира Титаева. Возможно, эти события стали точкой отсчета падения реального рейтинга партии власти в регионе. «Чем меньше знают о «Единой России», тем больше ей доверяют», – такой вывод, описывая разборки в партии, делала газета «Саратовский расклад».
В декабре многие понимали, что Д.Ф. Аяцков править губернией не будет. От неведения, кто его сменит, некоторым становилось не по себе: кандидатуру Михаила Лысенко как самостоятельного игрока, способного претендовать на губернаторскую должность, тогда оценивали всерьез. Еще никто не знал, чем обернется для него эта самостоятельность. А Леонида Фейтлихера журналисты, только услышав о продаже им акций «Экспресс-Волги», наоборот, уже заочно провожали в эмиграцию.
Вскоре Аяцков ушел, оставшись первым и единственным народно-избранным губернатором Саратовской области. Журналистская ностальгия по нему опередила собственную судьбу Дмитрия Федоровича. Газеты сравнивали его с Горбачевым – первым и последним президентом СССР.
«Назначение губернаторов вполне может оказаться миной замедленного действия. Для всей российской системы. Потому что будут уничтожены последние осколки «обратной связи» между региональной властью и населением регионов», – пророчествовал «Саратовский расклад».
За годы, минувшие с тех пор, мы прошли путь к уничтожению региональной политики, что обыватели считают скорее благом. Но есть и общность. Сегодня у Валерия Радаева, как и у Дмитрия Аяцкова (да у какого губернатора их нет?!), есть решительные, хотя и негласные враги в правящей элите. Среди них – в том числе, отодвинутые от государственных подрядов застройщики.

Как голодны мы были
Фетиш любого губернского главы тогда и теперь – инвестиции. В последний аяцковский год примеры удачного сотрудничества области с иностранным капиталом можно пересчитать по пальцам. Это «БАТ-СТФ», ООО «Роберт Бош Саратов», ООО «Хенкель-Юг» . В Балаково открыла фабрику Европейская мебельная компания, но, прогорев, продала мощности подмосковной фирме «Шатура». Тем временем облправительство бойко обменивалось с зарубежными друзьями бизнес-дипломатами. В марте 2004-го приезжали посланцы далекого острова Цейлон. Делегация Шри-Ланки побывала на «Тролзе», где уже несколько месяцев не платили зарплату. О впечатлениях гостей пресс-служба губернатора умолчала. За первый квартал 2004 года в экономику Саратовской области поступило всего 950 тысяч долларов, что на 35% меньше, чем в 2003-м. О внутренних капиталовложениях вообще говорить было неудобно: в областном реестре обманутых вкладчиков значилось порядка 100 тысяч фамилий.
В наши дни профильный министр Роман Федосеев назвал главным инвестиционным фактором наступившую в регионе «политическую стабильность». Через год его уволили, после чего интерес инвесторов должен был заметно подрасти. В то же время утверждение г-на Федосеева трудно оспорить – последние годы губернаторства Аяцкова ознаменовались публичными внутриклановыми разборками. Бизнес со стороны не мог понять, кто будет руководить регионом через полгода, с кем договариваться о гарантиях своих вложений. Тем не менее, тогдашний результат может выглядеть желанным. В 2004 году по инвестициям Саратовская – так и хочется сказать по-аяцковски – «губерния» занимала 42-е место по России. Однако, согласно данным РИА «Рейтинг», объемы инвестиций на душу населения опустили регион на 64-е место.
Еще в 2004 году г-н Аяцков сказал, что глобальная проблема области – новый аэропорт. Облправительство готовило промежуточное решение о совместном использовании Энгельсской авиабазы как военной, так и гражданской авиацией. Газета «Богатей» по этому поводу замечала, что данная новация выглядит гораздо реалистичнее проекта международного аэропорта на Казачьем острове.
Только недавно г-н Радаев и Ко смогли притянуть корпорацию «Ренова» к обустройству нового аэропорта в Сабуровке. В обмен на бывшего главу Марксовского района Юрия Моисеева. Правда, их деятельность в этом направлении здорово активизировалась после того, как владелец имеющегося терминала Аркадий Евстафьев стал оппозиционером региональным властям.
Как и сейчас, в те времена официальная статистика многого не знала. Например, что средняя зарплата горожан составляла 4 238 рублей, а не 5 200, как утверждал Аяцков. В 2004-м прожиточный минимум – 2 143 рубля. Таким образом, средняя зарплата даже вдвое не покрывала необходимый для поддержания жизни доход. На самом же деле 12,7 тыс. жителей имели доход от 500 до 700 рублей в месяц, 44 000 получали не более одной тысячи, 221 000 – полторы тысячи рублей, а 335,2 тысячи жили на 2 000 рублей. Саратовская область по этому показателю плелась в хвосте Приволжского округа. За прошедшее время зажили вроде бы веселее. Средняя заработная плата в Саратовской области в начале 2014-го официально составляет 20,1 тыс. рублей, то есть достигает 2,7 прожиточного минимума. Есть, конечно, подозрение, что размер зарплаты в официальной статистике занижен, а прожиточный минимум формируется из превратного представления о стоимости коммунальных услуг.
В реляциях губернатора, датируемых 2004 годом, тяжело отделить правду от вымысла. За первое полугодие, по его словам, средняя зарплата выросла на 40%, валовой региональный продукт – на 8%, а розничный товарооборот – на 9%. Последний составил 30 миллиардов рублей. Выросла рождаемость на 4,5%, а безработица составила 1,4%.
За весь же год динамика валового продукта еле превысила 9%. Он был оценен в 150 млрд рублей. За десять лет ВРП вырос до 518 млрд рублей, или в 3,4 раза. Однако, учитывая инфляцию, эту пропорцию нужно делить, как минимум, надвое. Не говоря уже о темпах роста, которые сейчас не превышают пяти процентов.

Балаковская чума на все наши дома
В тот год Дмитрий Аяцков и помыслить не мог, что его сменит выходец с Балаковской АЭС Павел Ипатов. Тем не менее, одна из черных меток пришла именно оттуда.
«Днем великой радиоактивной паники» газета «Московский комсомолец» назвала события 5 ноября, когда жителей области объял страх перед якобы идущим со стороны Балаково смертоносным облаком. Никто не знал, каковы его размеры и природа, откуда и почему оно возникло и что же произошло на Балаковской АЭС с 3-го на 4-е ноября. Как назло, один из энергоблоков станции действительно остановили.
Неизвестность подстегивала ужас, опустошивший от йода прилавки городских аптек. Чтобы развеять слухи, на Балаковскую АЭС лично приехал полпред президента Сергей Кириенко. В городе как раз с помпой проходил конкурс патриотической песни.
«При всех нелепостях и курьезах самое важное и печальное во всей этой истории – это недоверие жителей Поволжья к заявлениям властей. Чиновникам никто не верил. Почему? Наверное, потому, что все хорошо помнят ту «правду», которой нас «кормили» по поводу подлодки «Курск», «Норд-оста» и трагедии в Беслане», – писал «Саратовский Арбат».
«Сейчас, когда слухи развеяны, паника улеглась, аптеки пополняют запасы йодсодержащих препаратов, а представители власти старательно корчат хорошую мину, самое время вспомнить ту муху, из которой вырос слон народного апокалипсиса, а также обозначить главные причины его возникновения», – призывала газета «Новые времена в Саратове».
Что это было, так никто и не узнал. Подобная паника накрыла Саратов 2 декабря 2009 года, когда со скоростью нашествия саранчи расползались домыслы об опылении города реагентами против смертельной эпидемии легочной чумы.
Ответственного за «атомную истерию» назначили быстро, и запойный самарский программист, писавший об аварии в интернете, стал «козлом отпущения 2004 года». В 2009-м органы также первым делом схватили студента, написавшего об опылении с вертолетов в ЖЖ.
К 2014 году наши земляки стали воспринимать АЭС как дурковатого соседа, который может напугать вас ультрафиолетовой лампой для борьбы с инопланетным разумом, но ожидать от него по-настоящему опасных выходок слишком утомительно. Страхи, которые сегодня вызревают в саратовском чреве, в большей степени связаны с этническими склоками. Особенно после пугачевского землетрясения.
Другой ходовой страшилкой в 2004 году, как и теперь, было взяточничество. «Саратов – самый коррумпированный регион России», – писали щелкоперы. По их словам, каждый житель области ежегодно давал три взятки по 60 тыс. рублей. В среднем, разумеется. Уголовные дела против государственных разложенцев лишь множили обвинения. Министр хлебопродуктов был пойман при получении взятки, но его дело переквалифицировали в «Превышение должностных полномочий». А главный санитарный врач области Александр Добло за взятку в 10 тысяч рублей и бутылку коньяка получил 7 лет лишения свободы. Условно, правда. Как утверждал «Саратовский расклад» со ссылкой на соцопросы, средняя сумма взятки по всем отделениям и факультетам Саратовской академии права составляла 135,5 тысячи рублей в год. По данным тех же социологов, введение ЕГЭ нисколько не снизило коррупцию. Другой статьей теневых расходов называли медикаменты, причем далеко не первой необходимости.
И сейчас борьба с коррупцией – уважаемый российский бренд. Его саратовская франшиза продолжает пользоваться любовью читателей. Бродит свежая шутка: «Боюсь, я не смогу выиграть тендер вашей компании». – «А спорим на 15%, что сможешь?».
Незадолго до написания этой статьи внимание наших СМИ было сконцентрировано на задержаниях главы администрации Саратовского района Василия Синичкина и главы комитета капстроительства Александра Суркова, а также приговорах другим государевым людям – Гелене Алексеевой, Дмитрию Козлачкову, Дмитрию Корогодину. Одновременно следственные органы закидывали редакции сообщениями о пойманных на вымогательстве шоколадки терапевтах и физруках.

Долговые ямки
«Печальная кредитная история Саратовской области рискует пополниться последней скорбной страницей», – била тревогу газета «Новые времена в Саратове».
«Гражданам области (что за сепаратистский термин? – Авт.) угрожают не только теракты, но и потеря статуса жителя Саратовской области. Область могут просто расформировать», – газета «Репортер» утверждала, что «скоро наступит ситуация, когда правительство области в счет погашения долга расстанется с крупными пакетами акций, принадлежащих правительству, и отдаст в собственность кредиторов объекты недвижимости и земельные участки...».
«Специалисты оценивают угрозу потери финансово-экономической самостоятельности Саратовской области и применения федеральным центром установленных законом мер воздействия достаточно серьезно и полагают ее более чем реальной», – заключает «Репортер». Это не выдержки из свежей прессы: приведенные строки относятся к тому недалекому времени, к которому мы обратились для сравнения.
Когда в 2004 году речь заходила о госдолге области, цифры назывались самые различные. Министерство финансов области, депутаты областной думы, представители Центробанка, оппозиционеры и независимые эксперты говорили о суммах от 1,5 до 9 миллиардов рублей.
В июле Дмитрий Аяцков объявил областной думе о желании занять еще миллиард «для выполнения взятых обещаний». Имелась в виду, разумеется, предвыборная перспектива. Вице-спикер заксобрания г-н Чуриков только что объявил об урезании четверти всех областных программ. Положение главы области ухудшалось, так как лоббистские силы в Москве работали против него. По федеральной программе переселения из ветхого жилья область получила тогда пять миллионов из 150-ти обещанных. Г-н Аяцков напрямую обвинил в усечении транша своего недруга Вячеслава Володина, после чего поклялся назло врагам потратить в следующем году на аварийку 200 миллионов. Через некоторое время г-н Аяцков сказал, что занимать придется все два миллиарда, только для того, чтобы залатать прореху дефицита. Все доходы бюджета тогда не превышали 12,7 миллиардов.
«Губернатору хочется продемонстрировать былую силу и дееспособность. При очевидной шкурной подоплеке – берет деньги Аяцков, отдавать будут другой губернатор и вся область», – писали СМИ. Думские единороссы во главе с Павлом Большедановым высказались категорически против кредита. Как раз в это время фракцию почти очистили от сторонников Аяцкова.
Во времена губернатора Валерия Радаева ни одна информационная неделя не обходится без шпилек на тему грядущей «долговой ямы». Мало кто проговаривает, что нынешний долг Саратовской области, конвертированный в бюджетный кредит, – вещь довольно виртуальная. Доходы региона забираются Москвой, лишая область средств на исполнение социальных обязательств. Обратно эти деньги выдаются в виде кредита и дальше служат шлейкой, за которую столица водит региональную власть.

Поймать за хвост корпорацию
Проблема московского бюджетного колониализма, стоящая теперь во весь имперский рост, в Саратове 2004 года осязалась, но не пугала. Ее место занимал вопрос налогообложения крупных компаний, вытягивающих за хвост целые отрасли в столицу – по месту регистрации офиса, а значит – и фискальных выплат.
В ноябре Дмитрий Аяцков принял у себя гендиректора ТНК-ВР Германа Хана, пообещав ему беспрецедентные льготы. Газета «Богатей» с возмущением замечала, что саратовский филиал ТНК, всосавший практически всю нашу нефтянку, не является крупным налогоплательщиком и, по неофициальным данным, платит с прибыли в бюджет всего 1 миллион рублей. Сам губернатор в противовес называл космическую сумму в один миллиард.
Налогооблагаемая база в области сокращалась не только усилиями федерального центра. В 2004 году в соседний Волгоград перебазировался «Лукойл». Финансово-промышленная группа «Нарат» также временно снизила активность. «Где, спрашивается, было наше правительство, если оно озабочено доходами области в целом, а не чьими-либо еще?!» – взывал обычно невозмутимый «Богатей».
Возвращаемся к дню сегодняшнему. Несмотря на усугубление ситуации с выводом налогов в столицу, область стала больше зависеть от «дочек» корпораций. Судите сами. 40% доходной части составляет налог на прибыль. За последний год его поступление снизилось на 22,9%. Сборы с «Газпрома», БАЭС, «Саратоворгсинтез», магистральных нефтепроводов упали на треть. И даже невзирая на это, активы ТНК-BP, сейчас принадлежащие «Роснефти», вносят более процента от общих доходов в областную казну. Хотя сама цифра неизвестна, исходя из расчетов, в 2014 году она должна превысить 776 миллионов рублей. Правда, в январе выяснилось, что впервые в список крупнейших налогоплательщиков региона попала компания, зарегистрированная в Саратове, – ЗАО «Шэлдом». Но общей картины это не смазывает, ведь остальные девять лидеров – это отделения федеральных предприятий. Самый крупный налогоплательщик – Приволжская секция ОАО «РЖД», чья доля в доходах региона составляет более 3%. За ней идут «Сбербанк», «РуссНефть», «Газпром», уже упомянутая «Роснефть», табачная фабрика, МРСК, сотовый оператор «Билайн». Для многих из перечисленных фирм налоговые выплаты также стали меньше по сравнению, например, с 2012 годом. Причем уже за счет снижения прибыли, которая для РЖД и «Сбербанка» упала на 19%.
Нулевые принято считать временем, неблагоприятным для малого бизнеса. И чем дальше, тем неблагоприятнее. Но десять лет назад в области насчитывалось 5 400 малых предприятий, которые приносили казне 340 миллионов рублей. Перед налоговой реформой, заставившей в 2013 году свернуть свое дело 1,5 тысячи областных предпринимателей, малый бизнес давал 6 миллиардов 703 миллиона рублей налогов. В это время действовало 80 тысяч малых предприятий, из них порядка 65 тысяч были зарегистрированы как ИП. Правда, по оценкам экспертов, около четверти из них не работают.
Но за десять лет не изменилось главное: под славословия крупногабаритному кормильцу-бизнесу основное бремя обеспечения бюджета продолжают нести люди, собственности практически не имеющие. Все физические лица заплатили в прошлом году 20,9 млрд рублей, или в два раза больше, чем коммерческие организации. При том что получатели дивидендов, по российским законам, платят налогов меньше.

Городские бодяги
В последнее время первое, что спрашивают саратовские, да, наверное, и все провинциальные журналисты у любого заезжего гостя: «Как вам наши дороги?». И с готовностью переписывают ответные матюки. «Из-за отвратительных дорог случаев ДТП в Саратовской области в два раза больше, чем в среднем по России», – отмечал десятилетней давности «Саратовский расклад». По утверждению газеты, изношенность всех саратовских дорог в два-три раза превышала допущения ГОСТа.
«Весной 2004 года в Саратове перестали работать даже светофоры, что стало последним штрихом к общей картине дорожно-хозяйственной разрухи», – сокрушался «Расклад».
Для властей города недостаток денег – это и нескончаемый плач Ярославны, и универсальное объяснение любым недочетам, и вполне объективная беда. 9 миллиардов налогов в 2004 году собрал Саратов. Ровно половину он тогда отдал федеральному, 31,8% – областному бюджету, оставив себе 17,7%, или 3 млрд 181 млн рублей. Уже тогда поговаривали, что Москва, в буквальном смысле, много на себя берет.
В 2013-м собрано 80 млрд 242,6 млн рублей. Только городу осталось из них 8,6%, все остальное отправилось в столицу и региональный бюджет. К чему это приводит, мы видим. Снежный ком хозяйственных неурядиц тоже катится еще с тех времен. В наши дни мэрия регулярно жалуется на массовые похищения канализационных люков и вандализм на остановках, где все чаще приходится менять павильоны.
Показательно: в 2004 году было ровно то же самое. Только вслед за люками стали пропадать светофоры. В ночь с 13 на 14 ноября неизвестные злоумышленники украли регуляторы с двадцати перекрестков. Цель похитителей никто объяснить не мог – не понесут же они светофоры в цветмет. Журналисты, в конце концов, объяснили происходящее не романтикой уличного хулиганства, а прозаичной борьбой за тендер.
Причиной пропаж стал конфликт между городской администрацией и организацией, обслуживающей светофоры, – Госсмэп: мэрия пыталась передать подряд компании «Жилкомтехника», а через суд это сделать не получалось.
В 2004 году подорожал проезд в саратовских автобусах и маршрутках. «Автобусы и «ГАЗели» частников фактически оттягивают на себя платежеспособного пассажира, оставляя «Саратовгорэлектротрансу» всех льготников», – сообщала «Неделя области». – «И самое ужасное – у нас нет альтернативы. Сегодня в областном центре бал правит частник».
Напомним, подорожание проезда, намеченное на весну 2014 года, также объясняется издержками частников и убыточностью МУПа (как будто, он существует для извлечения прибыли).

Пока земля еще прокручивается
Земли в городе стало не хватать с начала нулевых. «Коммерция побеждает здравый смысл – это диагноз градостроительной политики», – писал «Московский комсомолец» в Саратове». В интервью изданию главный архитектор города Владимир Вирич признался, что участки раздаются пустым фирмам, которые затем ими спекулируют.
Охотников до дармовой земли было все больше. Среди них оказалась и православная епархия. Должно быть, муниципальные власти не без удивления столкнулись с необходимостью оплачивать выгодные идеологические функции церкви самым дорогим, что у них было, – землей. В январе 2004-го заместитель мэра города Наталия Старшова выступила против передачи епархии здания рядом со стадионом в Детском парке. В нем располагался Центр детского и юношеского творчества. Параллельно некая частная фирма, неожиданно оказавшаяся владельцем части парковой территории, уже объявила о грядущем строительстве церкви. Свое дело неизвестный собственник, назначенный мэром Юрием Аксененко, сделал: церковь там появилась. А вот к уходу за парком так и не приступил. Интересно, что именно в тот период епархия поставила на уши весь город, лишь бы не дать построить в Саратове мормонскую молельню.
Претензии появились и к другому парководу-любителю Леониду Фейтлихеру.
Фирмы депутата гордумы, контролирующие развлекательный бизнес в Городском парке, перестали платить за аренду, одновременно подвигая власти к идее ввести платный вход на территорию. Это предложение всерьез обсуждалось и в мэрии, и в гордуме. Главным контраргументом, остановившим проект, стали технические соображения – чиновники боялись, что кассиры не смогут сортировать льготников в потоке посетителей.
Близкая к тому же г-ну Фейтлихеру контора «Парк Горького», арендовавшая тогда городской пляж, чуть не саботировала открытие купального сезона. Накануне Роспотребнадзор просек, что на пляже не убирали мусор с прошлого года, в то время как плата за вход уже бралась. «Саратовский расклад» подсчитал, что если в советские времена на главном пляже города ежедневно отдыхали 100 тысяч саратовцев, то теперь – не более пяти тысяч. Берег в Затоне популярностью не пользовался, после того как пьяные бизнесмены из АК изрешетили охрану пляжа и случайных отдыхающих.
Недавно глава Саратовской администрации Алексей Прокопенко стараниями прокуратуры лишился поста за неисполнение судебного решения. Его предшественник Юрий Аксененко столкнулся с куда большей угрозой. В 2004 году областная прокуратура подала 66 исков о пересмотре приватизации муниципального имущества: здания после непродолжительной аренды с хорошей скидкой продавались частному лицу. На пресс-конференции прокурор Бондар заявил, что готовится потребовать от гордумы уволить г-на Аксененко. Газета «Новые времена в Саратове» поинтересовалась у прокурора уголовными перспективами мэра. «По Аксененко пока нет стопроцентных фактов, позволяющих завести уголовное дело. Хотя только за полтора года, мы специально считали, заведено 12 уголовных дел в отношении чиновников мэрии и районных администраций», – последовал ответ.
Тогдашние аналитики, поминая городские беды, грешили на концентрацию власти в руках мэра. СМИ утверждали, что грядущая в 2006 году реформа разделения должностей руководителей гордумы и администрации будет благом. Как мы знаем, на деле она привела к войне. С установлением тандема Грищенко-Прокопенко, а на деле все того же единоначалия, проблему, правда, решили. Вот такая диалектика ходьбы по граблям.

Силовые упражнения
«С приходом в область Сергея Аренина нарушения прав человека приняли массовый характер», – заявили на недавней пресс-конференции противники начальника регионального управления полиции. Те, кто помнят времена, когда ГУВД возглавлял Александр Шинкарев, поймут, что здесь мы имеем дело со случаем так называемого полемического заострения. Вопросы к саратовским, как и любым другим сотрудникам силовых органов, никуда не деваются, в том числе насчет пыток задержанных. Но десять лет назад они и не возникали – милицейский бандитизм был делом очевидным. Сегодня часто пишут об автопроисшествиях с участием подчиненных Аренина – верный признак немногочисленности более тяжких косяков.
В 2004 году в милицию обращались не более трети саратовцев, пострадавших от преступлений всех видов, доверяли ей 14%. В наши дни доля наших доверчивых земляков якобы перевалила за половину. Укрывательство преступлений было и тогда. За 1-й квартал 2004 года в одном только Кировском УВД было вскрыто более 100 таких случаев.
Газета «Репортер» рассказывала, как УСБ установило скрытые камеры в одном из участковых опорных пунктов милиции. Сначала у сотрудников собственной безопасности начали вянуть уши от услышанного и выкатываться глаза от увиденного, а потом отдел почти в полном составе отправился под суд. В обвинительном заключении фигурировали шесть статей, среди которых «Кража» и «Грабеж».
«Московский комсомолец» в Саратове» сообщал, что милиционер застрелил из табельного оружия 24-летнего саратовца. Убитый не был до этого замечен в каких-либо преступных деяниях. Он просто знал о своих правах и не захотел выполнить команду «Лечь на землю!». Суд признал расстрел на месте невиновного «преступлением небольшой тяжести» и назначил милиционеру наказание в виде 1 года и 10 месяцев колонии-поселения.
Но настоящим бичом стали банды, возглавляемые сотрудниками органов. Заложники расстреляны, миллион пропал – таковы итоги операции по освобождению начальника медицинской службы ООО «Югтрансгаз» Евгения Бандорина. Он был похищен 20 сентября 2004 года. Родной брат заложника, председатель совета директоров «Газнефтьбанка» Алексей Бандорин вместе с охранником и оперативником УБОП пришли на встречу с похитителями на мосту у села Генеральское. В результате оба Бандориных и милиционер были убиты, охранник ранен. Преступники с деньгами скрылись в неизвестном направлении – ГУВД даже не оцепило район операции. Главк выпустил исчерпывающую ориентировку – «разыскиваются мужчины в камуфляжной форме». И всё.
Позже выяснилось, что похищение г-на Бандорина – дело рук банды, в которой состояли два действующих подполковника УБОП. В их распоряжении были милицейская форма, удостоверения офицеров, огромный арсенал вывезенного из Чечни оружия и разведывательной техники и, главное, самая свежая и полная информация о действиях МВД. Та же группировка за несколько лет до этого сумела получить 70 тыс. долларов за украденную жену застройщика Байтемира Шамхалова.
В тот же год была создана группировка Аникеева, которая занималась разбоем на дорогах под видом подразделения СОБР. В это сообщество из 11 человек входили два бывших омоновца, офицер ППС и сотрудник ДПС.
В 2004-м оставалась неуловимой «банда 19-ти», в которую входили действующие капитан и майор УБОП, остальные – бывшие сотрудники того же управления. Преступники располагали точнейшей информацией о состоятельных саратовцах. Сначала они устанавливали за жертвами наблюдение, прослушивали эфир, исследовали оперативную информацию. После вооруженные люди в масках совершали налет на квартиру. Прикрытие обеспечивали дежурившие на тот момент милиционеры. Всего доказано 20 ограблений.
Сейчас такое представить трудно, хотя связи полицейских с преступностью – по-прежнему не редкость. За 2013 год УСБ отчиталось о выявлении 85 преступлений, совершенных сотрудниками МВД. В последнее время выявлены три группировки с участием правоохранителей – сутенерская, игорная и банда, ограбившая инкассаторов. Гораздо больше мы слышим о мелких, но наглых проступках, вроде пьяного выезда на встречку очередного капитана или лейтенанта.
Интересно, что все это происходит в то время, когда в ГУ МВД по Саратовской области уже отлютовала дисциплинарная реформа. Придя на новый пост, г-н Аренин превратил полицию в армию. Достаточно сказать, что курить в здании главка было нельзя задолго до принятия соответствующего закона. Казарменный дух теряет в крепости на периферии, по мере приближения к райотделам, но нервоз взаимной слежки не покидает и их. Именно Сергей Аренин ввел так называемый «сенокос» – снятие руководителей за провинности подчиненных. Кроме того, если в начале нулевых прокуратура по советским знакомствам прикрывала милицию, в аренинское время межведомственная дружба остыла.
Объяснение участившихся эксцессов лежит на поверхности. С поднятием зарплат сотрудники МВД вслед за остальными с готовностью сунулись в кредитную удавку. Муштра и выросшая с сокращением личного состава интенсивность дежурств доводит сотрудников до ручки. В Саратове экипажи ГИБДД попадали в аварии, заснув за рулем после двухсуточной смены. Напряжение они сбрасывают после работы, где их, наконец-то, не видит недремлющее око начальства. Это и приводит полицейских на страницы криминальных сводок.
Казалось бы, полиция сильнее вовлечена в политику. У всех на виду точечные мягкие репрессии против оппозиции. Проходят явно заказные уголовные дела Михаила Лысенко и партнера Леонида Фейтлихера по группе компаний «РИМ» Марины Шуляк. Роль полиции в них весьма зловеща, но и ничего нового в этом нет. Например, в 2004 году уголовному преследованию подвергался редактор «Саратовской панорамы» Сергей Пчелинцев в связи с журналистским расследованием деятельности самого г-на Фейтлихера. Не говоря уже о проходившей в то время борьбе кланов с участием МВД и прокуратуры.
Что же касается политических «репрессий», то связаны они с федеральными указаниями по борьбе с фантомным «экстремизмом». Стоит сказать, что во времена, когда политикой занимался УБОП, притеснения тогда еще совсем немногочисленных противников режима выглядели куда серьезнее. В феврале 2004 года саратовскому активисту леворадикального движения, а ныне еще и журналисту Антону Кассу оперативники УБОП и ОМОН подкинули при задержании героин, что обернулось для него месяцами заключения. Одновременно его соратников борцы с организованной преступностью ловили по квартирам знакомых и в наручниках отвозили прямо в военкомат. Все это происходило за неделю до митинга, организатором которого был арестованный. На сорванной акции радикалы собирались агитировать за бойкот президентских выборов 14 марта.

Встреча выпускников
Задача правительства, по большому счету, сводится к уравновешиванию интересов бизнес-групп и натягиванию кредита на дебет в очередном годовом бюджете. Обратите внимание, что круг лиц, управляющих этими процессами в Саратовской области, не меняется десятилетиями. Александр Ларионов, «пережив» двух губернаторов, возглавляет министерство финансов с 1998 года. Павел Большеданов десять лет назад председательствовал в областной думе, в правительстве г-на Радаева он курирует промышленность, а в последнее время – и строительство нового аэропорта. Другой старожил экономического блока – Сергей Лисовский – недолго был вице при Дмитрии Аяцкове, у Павла Ипатова служил зампредом, а у Валерия Радаева руководит минпромом. Снова на месте министра общественных связей и национальной политики, должности, близкой к сфере экономической, Борис Шинчук. Эти четверо глубоко пустили корни в саратовских кулуарах, что позволяет им не бояться молодую шпану из кадрового инкубатора МГЕР. Его продукцию по инвалидной квоте рьяно начали потреблять именно радаевские кадровики. Связанный в прошлом с МГЕР Денис Фадеев стал вице-губернатором, его соратник Сергей Нестеров, поработав министром территорий, ушел в облдуму.
В основном же чиновники аяцковского призыва разлетелись кто куда. В 2004 году саратовскую элиту трудно было представить без министра сельского хозяйства Марата Фаизова. Последнее время он работал в правительстве Пензенской области, где его и подвели саратовские замашки: отбывает срок за 600-тысячную взятку. Пресс-секретарь г-на Аяцкова Роман Чуйченко околицей прошел в Государственную думу. Секретарь совета безопасности Александр Мирошин стал топовым адвокатом. Владимир Марон занимается бизнесом. Не пропал бывший первый замминистра строительства Юрий Земсков. Тот самый, ляпнувший когда-то, что в центре города должны жить только богатые. Уже год он работает в той же должности при Валерии Радаеве.
Облдуму с 2004-го не покидают строительный патриарх Леонид Писной, убежденный государственник из Вольска Николай Семенец, однажды в запале объявивший себя «учредителем партии «Единая Россия», и ректор СГАУ Николай Кузнецов. Бывший пожиратель губернаторов Вячеслав Мальцев оттеснен на маргинальные задворки. Юрий Зеленский вернулся к любимому делу – управлению филиалом Центробанка. Николай Панков теперь депутат Госдумы. Экс-облдеп Андрей Россошанский с тех пор кем только не был, зайдя напоследок в уютную университетскую гавань. Гремевший когда-то депутат Алексей Полещиков растерял репутацию в «Справедливой России» и сошел со сцены. Ольга Алимова, напротив, сумела заменить отбывшего в Златоглавую бывшего лидера КПРФ Валерия Рашкина.
Все неплохо сложилось у двух муниципальных дам – Марины Алешиной и Наталии Старшовой. Г-жа Алешина председательствовала в комитете по образованию администрации Саратова, а теперь аж главный федеральный инспектор. Г-жа Старшова десятилетней давности работала заместителем мэра по социалке. Уйдя несколько лет назад из ипатовской команды, она устроилась управлять соцпрограммами в «Саратовнефтегаз».
Большинству перечисленных здесь людей никакой кризис, прежде всего – финансовый, никогда не грозил.

Миф доброй надежды
Познакомившись с новейшей историей родного края, нетрудно сделать вывод: эсхатологическая истерика, систематические атаки прессы на главу региона реже всего связаны с настоящим положением дел. В первую очередь, они свидетельствуют о появлении сил, всерьез рассчитывающих занять его место: в другое время с первым лицом области предпочитают дружить. Именно в эти моменты критика обостряется, при том что обстановка в области с 90-х годов остается стабильно-депрессивной. Так было в период конфликтов влиятельных группировок с Дмитрием Аяцковым, так было с Павлом Ипатовым. Очевидно, г-н Радаев тоже этой судьбы не избежит. Как мы знаем из прошлого, перемены, вынашиваемые элитой, – совсем не те перемены, которые хочет народ. Просто в силу противоположности интересов.
Сейчас очень интересно читать прогнозы саратовцев, сделанные накануне ухода г-на Аяцкова в конце 2004 года. «Будущий губернатор Саратовской области – политический камикадзе», – говорил тогдашний ректор Поволжской академии госслужбы Сергей Наумов. В интервью газете «Новые времена» он заявил: «Конечно, есть регионы, где еще хуже, но и у нас картина не самая радостная. Поэтому человек, который взвалит на себя обязанности губернатора Саратовской области, это, в какой-то степени, политический камикадзе. Труд этот будет во многом Сизифов». Тем временем администрация президента уже вынашивала кандидатуру следующего главы Саратовской области, разродившись ею ровно через девять месяцев после интервью г-на Наумова. В апреле 2005 года на эту должность был назначен Павел Ипатов. Теперь впору задуматься, не был ли он временщиком по первоначальной задумке кремлевских политтехнологов, нейтральным функционером, специально подготовленным, чтобы взять на себя тяжесть аяцковского наследства. Чтобы потом на его фоне взошел теперешний «человек команды» Валерий Радаев. Который, впрочем, сегодня выглядит камикадзе уже в контексте общих финансовых отношений Москвы и регионов.
Будучи моложе на десять лет, саратовцы пили коктейль тревоги и доброй надежды с легким привкусом фатализма. «В 2005 году многое должно измениться. Предстоят серьезные петушиные бои за места в Саратовской городской думе. Со зловещим скрежетом должна заработать административная реформа. Наконец, а точнее – в начале, у нас появится новый губернатор. Или старый. В зависимости от этого он либо попросит проветрить помещение, либо – снова поднять ему веки. Чтоб уж больше не опускать», – писали уже несуществующие «Новые времена».Что из этого сбылось, мы до сих пор и сами не знаем.

Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями


Теги:

Оцените материал:12345Проголосовали: 930Итоговая оценка: 2.94
Загрузка...
Как вы считаете, что нужно делать с бездомными собаками в Саратове?
Оставить комментарий
Россельхозбанк

Новости

Частное мнение

30/04/2021 12:12
Серийные разборки. Сериал
Серийные разборки. Сериал "Сокол и зимний солдат"Чьи жизни важнее: темнокожих или людей без домов?
29/04/2021 15:17
Дело Ассельбор: схемы Лобанова-Журика, силовики и выбиватели долгов
Дело Ассельбор: схемы Лобанова-Журика, силовики и выбиватели долговОбвиняемая в своих показаниях не просто перевернула всю версию обвинения
28/04/2021 17:47
Оракулы из ГСУ: следователи научились предсказывать решения суда?
Оракулы из ГСУ: следователи научились предсказывать решения суда?Каждая буква закона трактуется, как вздумается
27/04/2021 12:33
Какие казенные интересы могут быть к
Какие казенные интересы могут быть к "самому дорогому адвокату" Саратова?Экспертные карты в арбитражном деле юриста Дениса Барабонина
24/04/2021 09:45
Новые кадровые
Новые кадровые "слезы", богатые блогеры думы и бедный Дом художникаОбзор основных, по мнению "ОМ", событий недели

Блоги



Полезные советы

Поиск по дате
« 07 Мая 2021 »
ПнВтСрЧтПтСбВС
262728293012
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31123456
,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,
Яндекс.Метрика


«Общественное мнение» сегодня. Новости Саратова и области. Аналитика, комментарии, блоги, радио- и телепередачи.


Главный редактор сайта: Мурзов Алексей Валериевич
OM-redactor@yandex.ru

Адрес редакции:
410600, Саратов, проспект Кирова, 34, офис 6
тел.: 23-79-65, тел./факс: 23-79-67

При перепечатке материалов ссылка на «Общественное мнение» обязательна.

Сетевое издание «Общественное мнение» зарегистрировано в качестве средства массовой информации 14 августа 2012 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Эл № ФС77-50818.
Учредитель ООО «Медиа-группа ОМ»

18+ Федеральный закон Российской Федерации от 29 декабря 2010 г. N 436-ФЗ