В нашумевшей истории с изображением человека, похожего на губернатора Радаева, несколько отодвинутым на второй план оказался посыл художественного акта. А именно — спонтанная и внезапная десакрализация неэффективной бюрократии, которая у большинства населения в нашем регионе ассоциируется с человеком, изображённом на асфальте. Именно поэтому, кстати, большинство статусных комментаторов сразу после появления на асфальте стрит-арта, увели решение поднятой проблемы в традиционно унылое охранительское брюзжание: «кто за этим стоит?», «почём раскачивание лодки?», «на что способны враги России, чтобы дестабилизировать обстановку?» etc.
От разного рода чиновников и прочих провластных деятелей другого и не услышать. Ведь любое несанкционированное действо, не предписанное регламентом бессмысленного и беспощадного «конструктивного диалога», понимается как внедрение «внешних сил», а не попытка обратить внимание на давнюю проблему. Но если абстрагироваться от конспирологии и политтехнологий, художественное действо на Сакко и Ванцетти было совершено с одной-единственной незатейливой целью. Перефразируя Ильфа и Петрова, её можно обозначить так: «с целью капитального ремонта провала». Что, собственно, и было сделано, правда, несколько непоследовательно и под стать эпохе — сначала дорожные службы закрасили изображение и только потом засыпали яму. Такой алгоритм действий позволяет понять, почему к социально-художественной акции очень быстро пристегнули приводные ремни «третьих смыслов».
Что же касается признаний быстро пойманного райтера о заказном характере асфальтового граффити, тут всё опять же упирается в господство казённого миропонимания вещей и событий, не как само собою разумеющихся, то есть имеющих определённую социальную подоплеку, а как пресловутые «происки». «Происки», как выясняется,— это действия некого предпринимателя, близкого к ЛДПР — партии, которая не относится даже к «конструктивной» оппозиции. Причём чуть более, чем полностью. То есть речь идёт не об орденах иллюминатов, масонов и бандерлогов, а также о рептилоидах, чубакках и годзиллах, желающих поколебать существующую лишь в головах отдельных озабоченных лиц тихую гавань стабильности. Иными словами — о конфликтах внутри правящей элиты, привлекающей на свою сторону «низовые» темы.
Когда уровень социального активизма и политической сознательности рядовых россиян, в том числе и художников, остаётся на уровне плинтуса, это выглядит вполне адекватным ситуации. Пока художники в России не занимаются политикой, политика (точнее то, что от неё осталось) занимается художниками, не только ангажируя их как пешек в своих играх, но и побочным образом катализируя дискуссию об эффективности всей системы принятия решений во всей стране и в отдельных её регионах.
Фактор катализации более важен, чем внешнего ангажирования — про предпринимателя из ЛДПР и его эфемерные классовые интересы завтра забудут, а про человека, похожего на губернатора с провалом вместо рта будут помнить ещё долго. Не даром же, когда асфальт под ногами пешеходов или под колёсами техники то и дело уходит под землю, простые граждане вспоминают не про конфликт интересов внутри элит, а призывают в соцсетях в качестве решения проблемы «рисовать Радаева». Ибо другие, «цивилизованные», способы просто не работают — как ни пишут о них СМИ, как ни митингуют активисты… Стрит-арт на Сакко и Ванцетти раскрыл механизм функционирования системы не только в том, что сначала закрасили крамольное изображение, а лишь потом засыпали провал, но и как быстро разыскали исполнителя. Эта оперативность — обратная сторона перманентного нереагирования на зачастую противоречащую законам деятельность обитателей политического и чиновничьего Олимпа. Злоупотребляют же, воруют и бездействуют те, на ком держится эта система. Поэтому для принятия мер компетентным органам часто приходится консультироваться с «вышестоящим начальством» и зачастую, вместо адекватных решений, приниматься преследовать журналистов-разоблачителей, «профилактировать» райтеров или запугивать рядовых граждан, которые смеют нарушить «порядок», то есть являются «внешними силами», дестабилизаторами положения.
Стрит-арт на Сакко и Ванцетти, как и его прототипы, появившиеся на разбитых дорогах Екатеринбурга в 2012 году, или фигурки чиновников, расставленные в забытом властями и оторванном от мира саратовском посёлке Углёвка (стаффаж-акция Алексея Трубецкова), стал аналогом китайских дацзыбао времён Культурной революции. Но с важным отличием масштабов и целей. В Китае 1966-го работяги и студенты писали крупными иероглифами на стенах имена оторвавшихся от народа чиновников и партократов, осознавая себя коллективным художником нового мира. В России 2015-го лишь отдельные художники (Николай Олейников, Анатолий Осмоловский, группа «Война» или Pussy Riot etc) самостоятельно хватаются за нервы эпохи, а остальные, как в случае с граффити на Сакко и Ванцетти, продают свой талант в пользование, хотя, как уже отмечалось, эффект продажи в нашем случае — глубоко вторичный момент. Вирус коммерциализации проникает во все ниши жизни, даже запрещённые. Однако это не повод придавать анафеме творчество авторов, по разным причинам выливающих рефлексию на стены и дороги. А раз такой злободневный арт появляется в публичных пространствах и вопреки «порядку», таких художников можно считать анонимными и бесплатными.
Стрит-арт даже аполитичных художников — игра на минном поле болевых точек общества, «взрывающихся» решением проблем под шумок и последующим переводом стрелок. Впрочем, в России такая реакция на несанкционированное искусство — лишь повторение болезненного отношения к нему на Западе. В Европе, к примеру, провокационные принты Бэнкси тоже считались возмутительным вандализмом, прежде чем начали уходить с аукционов за миллионы. А у нас изображение на асфальте уже начали печатать на майках.
В общем, губернаторы приходят и уходят, а бездорожье, нищета, бесправие и произвол остаются. Задача искусства в данном случае осознать это и двигать общество к принятию правильных решений. В том числе и относительно преходяще-уходящих арт-объектов.
Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями
Теги:
