Семь — число и сакральное, и счастливое, и просто красивое. «Семеро на одного» — блиц-опрос. Семь вопросов, семь ответов. Говорим на актуальные темы, ловим тренды, обсуждаем насущное.
Режиссёры и телеведущие Ольга Яковлева и Григорий Гришин рассказывают о судьбе документального кино в России и мире.
1. Зачем вы снимаете документальное кино?
Документальное кино — это довольно удобная форма высказывания о современности с позиций некоего обобщенного опыта, с точки зрения ценностей, которые родились не сегодня и умрут не завтра. Плюс это возможность исследовать окружающее пространство, утолить свое любопытство, разбираясь в вопросах, которые нас волнуют.
2. Есть ли различие в современной российской и зарубежной документалистике?
Прежде всего, в зарубежной документалистике есть традиция снимать фильмы долго. Это дает возможность наблюдать за своим объектом с некоторой дистанции, прослеживать его путь, видеть динамику. У нас же в силу особенностей финансирования, неразвитости сети киноинститутов, документальное кино — это всегда здесь и сейчас. Плюс, опять же из-за финансирования, на Западе развит копродакшн — то есть сотрудничество нескольких стран в производстве картины. У нас это не распространено. Это формальные вещи. Если говорить о сущностных вопросах (тематике, проблематике, художественных решениях), то к каким-то однозначным формулировкам прийти невозможно в силу сложности и многогранности такого явления, как документалистика. Если только сказать, что телевизионная документалистика по всему миру теснит документалистику независимую, авторскую.
3. Где взять деньги, чтобы сделать документальный фильм?
Хороший вопрос. В России фактически единственным источником финансирования документального кино является Министерство культуры РФ. Некоторые регионы финансируют кинопроизводство, но это большая редкость. Западные культурные фонды поддерживают независимых кинопроизводителей в России, но для этого нужно заранее обзавестись западным же продюсером, который будет заинтересован в продвижении вашего проекта. Вот, например, Виталий Манский, сотрудничающий с европейскими продюсерами первого ряда, регулярно получает деньги на свои фильмы. Те, кто не могут похвастаться подобными связями, ищут деньги по российским знакомым. Самый надежный способ снимать на свои, но это тернистый путь, на котором долго не задержишься.
4. Какова судьба ваших работ?
Разная. Но, в общем-то, фестивальными показами здесь и на Западе они не обделены. «Мой папа коммунист» был довольно тепло принят за рубежом, потому что касался понятных и привычных для российского контекста реалий. «Ключ для заводного апельсина» непонятен зарубежной публике, зато вызывает живую дискуссию здесь. Непонятен он по причине специфики конфликта ФА-АНТИФА для неподготовленного зрителя, невписанности его в мейнстрим и по причине сложности художественных решений, принятых нами при его производстве.
5. Насколько востребована кинодокументалистика властью и обществом в стране и области?
Ситуация меняется по регионам. Где-то, как, например, в Перми или в Москве, документалистика находит своего зрителя; где-то, как в Саратове, всем как-то фиолетово. Это в значительной степени зависит от позиции местной власти. Если есть интерес, есть движение, есть поддержка. Ну и, конечно, феномен Москвы, где реализуются культурные инициативы, неспособные выжить в остальной России. Документалистике, конечно, нужен подготовленный зритель. А он не возможен без постоянно действующих, поддерживаемых влиятельными силами культурных институтов.
6. Кто ваш зритель?
Прежде всего внимательный и думающий человек. Человек, способный к некоей мыслительной работе над увиденным. Зритель, не склонный к легким и однозначным выводам.
7. Как стать героем вашего фильма?
Универсального пути не существует. Разные люди по-разному интересны. Нашим героем может стать любой человек, если его полюбит камера.
Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями
Теги:
