Вчера в региональном отделении партии «Яблоко» состоялся круглый стол, посвящённый 20-летию «чёрного октября» 1993 года – расстрелу Верховного совета.
В мероприятии приняли участие правозащитник Григорий Ахтырко, гражданский активист Андрей Калашников, режиссёр-документалист Григорий Гришин, а также двое непосредственных очевидцев кровавых событий в Москве – Александр Зазыбин и Владимир Спирягин.
Вот что последний рассказал о событиях 20-летней давности:
– В 1993 году я работал в газете «Заря молодёжи» и когда Ельцин издал указ №1400 («О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации»,– прим. ОМ), интуиция мне подсказала, что надо ехать в Москву. Я попросил главного редактора Игоря Никифорова отпустить меня в командировку, чтобы готовить репортажи для газеты, что он и сделал.
Перед отъездом я сообщил своим московским друзьям, что скоро буду у них, но в итоге они ждали меня три дня, уже не надеясь, что я жив. Дело в том, что прямо с поезда я отправился сразу к Дому Советов на Краснопресненской набережной и на три дня оказался в эпицентре событий.
В окрестностях Белого дома меня сначала поразила пустота на улицах, но когда я очутился на углу Садового кольца и Нового Арбата, увидел огромную толпу людей (как позже сообщалось, там было порядка полумиллиона человек), движущуюся в мою сторону. Если бы я не побежал, то меня бы затоптали, к тому же из толпы летели булыжники, люди переворачивали троллейбусы и били витрины.
Толпа вынесла меня к зданию тогдашней мэрии Москвы. Там защитников Дома Советов пытались разгонять слезоточивым газом, тем не менее люди никуда не уходили, перепрыгивали через машины и собирались на небольшом пятачке прямо у мэрии, которую изнутри охраняло довольно мало сотрудников правоохранительных органов.
Такое ощущение, что людей кто-то как будто специально заманивал туда, чтобы начать бойню. Ведь позже я своими глазами видел, как некие граждане, одетые, чтобы не выделяться из толпы, по-простому, в фуфайках, в какой-то момент начали стрелять в спины собравшихся, дабы создать панику. Ведь когда люди, по которым начали стрелять «изнутри», стали бежать, я увидел, как эти стрелявшие граждане в фуфайках в какой-то момент отстранились, сели в милицейский автобус и спокойно уехали. Очевидно, что это были ельцинские ребята, которые, вели себя словно поп Гапон. Я в конце 1990-х сказал об этом по телевидению, прямо заявив, что бойня началась с ельцинской стороны, после чего мою программу «Размышлизмы» закрыли.
В какой-то момент, когда началась эта бойня, я спрятался за балюстрадой и залёг на асфальт, чтобы меня не убили. И тут в какой-то момент увидел, как на меня нацеливают несколько дул. Это были уже солдаты. Правда, когда я показал им журналистское удостоверение, меня отпустили. Хорошо, что не отобрали фотоаппарат. Ведь я своими глазами видел валяющуюся земле засвеченную плёнку – режиссёры тех событий, естественно, не хотели, чтобы мир знал о подробностях бойни, в ходе которой защитников Дома Советов, к примеру, заводили во дворы и там же расстреливали.
Один раз меня чуть не расстреляли и защитники Конституции. Дело в том, что я готовил репортаж следующим образом: всё увиденное наговаривал на диктофон. И когда я в очередной раз делал запись, меня хлопают по спине и говорят: «Вы арестованы!» Ополченцы подумали, что у меня в руках рация и что я, будучи «ельцинским шпионом», передаю информацию. На моё счастье рядом оказался Сергей Бабурин, в те дни активный защитник Белого Дома, которому я всё рассказал. В итоге меня не расстреляли и, более того, я стал среди защитников Конституции своим парнем.
4 октября я решил отправиться к друзьям, чтобы от них отправить репортаж в Саратов. Люди передавали мне листочки с номерами телефонов родных и близких. Дело в том, что уже четвёртого числа везде были милицейские оцепления, по городу ездили танки. Пули свистели тоже повсюду, но, что интересно, люди к этому относились как-то беспечно: кого-то рядом убивают или ранят, но остальные не собираются расходиться. Поскольку в Москве было полно снайперов, я старался прятаться под карнизами и, наверное, из-за этого остался в живых. Ведь если по версии властей погибло в те дни где-то более сотни человек, то лично я за короткий промежуток времени насчитал как минимум 270 трупов, которые, как поленья, кидали в кузова грузовиков.
5 октября Дом Советов был взят, оцеплений уже не было, но повсюду ещё валялось оружие и гильзы.
У друзей я оказался в ночь с 4 на 5 октября, где написал два материала в «Зарю молодёжи». Тогда это была единственная газета, которая освещала кровавые события октября 1993 года из первых рук.
Читайте также:
АБСУРДИЗАЦИЯ ПОВЕСТКИ
СЕРГЕЙ ЕСЕНИН И РАЗНОС ДЛЯ ПРОГНИВШЕГО КОРОЛЕВСТВА
Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями
Теги:
