Об инициативе оспопрививания Екатерины II и не только

Екатерина II была просвещённой государыней и лично смелым человеком. Державный почин в первой в русской истории прививке от оспы принадлежит именно императрице.

"Заботы о народном здоровье и гигиене вызвали при Екатерине попытку правильно организовать врачебную помощь по всей стране. Медицинская комиссия, учреждённая в 1763 году, и приказы общественного призрения должны были блюсти медицинскую часть в Империи. Каждый город обязан был иметь врачей не только для города, но и для уезда, обязан был также устраивать госпитали и больницы, заводить приюты для неизлечимо больных и сумасшедших (богоугодные заведения). Так как недоставало врачей, их выписывали из-за границы и заботились об образовании русских лекарей и хирургов. В то же время основывали аптеки и фабрики хирургических инструментов", - писал С.Ф. Платонов в "Лекциях по русской истории".

Массовые заболевания людей оспой отмечены с глубокой древности в Китае и Индии. В дальнейшем эта инфекция распространялась и на другие страны, где давала опустошительные эпидемии. В ХVIII столетии в Европе оспа считалась наиболее часто встречающимся заболеванием, оставлявшим после себя миллионы погибших и обезображенных (слепых и увечных).

Историк С.М. Соловьёв так высказывается о предпринятом Екатериной II поворотном событии в истории отечественных государственных мер борьбы с оспой.

"В начале октября 1768 года двор и высшее общество в С.-Петербурге были чем-то озабочены; с иностранцами не говорили о важном предмете, который всех занимал; но проведать о нём было нетрудно: императрица была намерена привить себе и наследнику престола оспу.

Страшный бич давно уже опустошал Европу, не щадя никого; средств же против него не было у науки. Наконец придумано предохранительное средство: прививание оспенного яда. Но легко понять, какое впечатление было произведено этим средством на большинство: брать яд от больного, вносить его в здоровый организм! Медики вопили против безумной новизны, вопили против неё проповедники с кафедр церковных. Но средство своею действительностью приобретало всё более и более доверия, и Екатерина решилась собственным примером уничтожить колебание русской публики и предохранить свой народ от страшного бедствия.

Побуждения свои она лучше всего объясняет в письме к Фридриху II, который был против привития оспы.

"С детства, – пишет императрица, - меня приучили к ужасу перед оспою, в возрасте более зрелом мне стоило больших усилий уменьшить этот ужас, в каждом ничтожном болезненном припадке я уже видела оспу.

Весной прошлого года, когда эта болезнь свирепствовала здесь, я бегала из дома в дом, целые пять месяцев была изгнана из города, не желая подвергать опасности ни сына, ни себя. Я была так поражена гнусностью подобного положения, что считала слабостию не выйти из него. Мне советовали привить оспу сыну. Я отвечала, что было бы позорно не начать с самой себя, и как ввести оспопрививание, не подавши примера? Я стала изучать предмет, решившись избрать сторону, наименее опасную. Оставаться всю жизнь в действительной опасности с тысячами людей или предпочесть меньшую опасность, очень непродолжительную, и спасти множество народа? Я думала, что, избирая последнее, я избрала самое верное".

Выписан был из Англии искусный доктор Димсдаль, у которого из 6 000 подвергшихся оспопрививанию умер только один трёхлетний ребёнок.

12 октября 1768 года императрица привила себе оспу, и её примеру немедленно последовало множество знати.

"Весь Петербург, - писала Екатерина, - хочет прививать себе оспу, и те, которые привили, чувствуют себя хорошо. Я была очень удивлена, увидевши после операции, что гора родила мышь; я говорила: стоило же кричать против этого и мешать людям спасать свою жизнь такими пустяками! Я не ложилась в постель ни на минуту и принимала людей каждый день. Генерал-фельдцейхмейстер граф Орлов, этот герой, подобный древним римлянам лучших времён республики по храбрости и великодушию, привил себе оспу и на другой день после операции отправился на охоту в страшный снег".
Через неделю привита была оспа великому князю.

22 ноября 1768 года Сенат, депутаты комиссии нового Уложения и члены всех присутственных мест собрались в соборную церковь Рождества Богородицы (Казанский собор). Там после обедни читан был сенатский указ, которым на будущие годы 21 ноября устанавливалось по всей России торжество в память привития себе оспы императрицею и великим князем, в память "великодушного, знаменитого и беспримерного подвига".

По прочтении указа и выслушивании молебна сенаторы, депутаты Уложенной комиссии и члены коллегий и канцелярий отправились во дворец благодарить государыню и поздравлять с выздоровлением.

При этом старший сенатор граф Кирилл Разумовский говорил речь: "Прими, всемилостивейшая Императрица, из уст наших усерднейше приносимое тебе от всего народа поздравление о исцелении твоей собственной особы и твоего вселюбезнейшего сына и наследника. Прими и благодарение чистосердечное за спасение на будущие времена бесчисленных твоих рабов. Всякий возраст и обоего пола род человеческий объемлет ныне твои стопы, почитая в тебе Божию ко спасению своему посредницу, и, Твоим примером научася, призовёт Бога в помощь, да исцелеет он и дом его от неминуемой язвы посредством врачевания, Тобой ныне оживотворённого".

Екатерина отвечала: "Мой предмет был своим примером спасти от смерти многочисленных моих верноподданных, кои, не зная пользы сего способа, оного страшася, оставалися в опасности. Я сим исполнила часть долга звания моего, ибо, по слову Евангельскому, добрый пастырь полагает душу свою за овцы.

Вы можете быть уверены, что ныне и паче усугублять буду мои старания и попечения о благополучии всех моих верноподданных вообще и каждого особо".

От комиссии Уложения говорил депутат Гавриил, епископ Тверской: "Ваше императорское величество, желая совершить и утвердить наше блаженство, наше смущение своим великодушием утишили и, приняв на себя опыт опасный, опасность нашу отвратили".

Екатерина отвечала, что с удовольствием принимает поздравления депутатов и не сомневается в их искренности, ибо ежедневно видит, с какой ревностию и усердием трудятся они в порученном им деле. Они могут ожидать всегдашних знаков её императорского благоволения, ибо она смотрит на их труды как на полезнейшие для всех и каждого.

Семилетнему младенцу Александру Маркоку, от которого взята была оспенная материя для императрицы, пожаловано было дворянское достоинство, причём он из Маркока переименован был Оспенным.

Димсдаль пожалован бароном, лейб-медиком, действительным статским советником и ежегодной пенсией в 500 фунтов стерлингов за то, что как самой императрице и великому князю, так и множеству жителей столицы "весьма попечительно, искусно и счастливо прививал оспу и разрушил для пользы всенародной гидру предубеждения относительно с сей поныне толь бедственной болезни".

Таким образом, в русской истории впервые по инициативе главы государства был сделан решительный шаг по врачебному предупреждению, профилактике оспы - одного из тяжелейших, часто смертельных заболеваний, свободно гулявшей по миру и беспрепятственно находившей всё новые многочисленные жертвы.



Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями