О том, что мировая экономика идёт в разнос, говорят уже не один год. Экономисты то и дело пророчат вторую волну кризиса, рост международного и социального неравенства etc. Меж тем, если верить нашим первым лицам, над Россией безоблачное небо: небольшие встряски возможны, но под мудрым руководством сами знаете кого мы выйдем сухими из воды и пойдём в светлое будущее. Однако реальность, похоже, далека от благостных мантр проправительственных комментаторов. Свидетельство тому — и ослабление рубля, за которое придётся расплачиваться рядовым гражданам, и массовый отзыв лицензий у банков, и долговая яма, в которую федеральные власти загнали большинство российских регионов. Лыко в строку — огромные расходы на Олимпиаду в Сочи, которая в народе именуется не иначе как «распилиада».
Что ждёт российскую экономику в ближайшей и не очень перспективе? Об этом говорим с нашими экспертами, которыми стали:
Василий Колташов, руководитель Центра экономических исследований института глобализации и социальных движений
Елена Ножечкина, заместитель главы администрации Саратова по экономическим вопросам, председатель комитета по экономике
Ольга Копшева, начальник отдела экономики «Газеты недели в Саратове»
Константин Русалкин, директор Волго-Вятского Дивизиона факторинговой компании НФК
Каковы перспективы обесценивания рубля? Будет ли курс российской валюты снижаться в дальнейшем и какие последствия это вызовет в социальной сфере, бизнесе и банковской отрасли; как отразится на покупательской способности россиян? Согласны ли вы с утверждением, что за ослабление рубля заплатит население: цены будут расти быстрее, а реальные доходы — медленнее?
Елена Ножечкина. В целом перспективы рубля довольно неоднозначны, и рассчитывать на его значительный рост к ведущим мировым валютам вряд ли стоит. Высокие цены на нефть уже не оказывают существенного влияния на нашу экономику, играют роль и спад производства в России, отток капитала из страны. Во многом сказывается и политика плавающего рубля, проводимая Центробанком, что в дальнейшем должно сделать курс отечественной валюты более гибким.
В то же время, если оглянуться назад, подобные ситуации бывали и раньше, когда после падения рубль через какое-то время начинал укрепляться. Тут все-таки, наверное, многое зависит от грамотной политики Центробанка, умеющего в подобных случаях сдерживать курс валют в пределах необходимого коридора.
Что касается роста цен. При сохранении курса рубля, скорее всего, мы столкнемся с тем, что импортные товары, начиная от автомобилей и бытовой техники и заканчивая овощами и фруктами, подорожают, но, возможно, это произойдет после распродажи имеющихся запасов, так как в настоящее время предложение превышает спрос и ни для кого не секрет, что торговые наценки позволяют делать довольно большие скидки.
Константин Русалкин. В настоящий момент можно с огромным сожалением констатировать, что экономика России вошла в полосу рецессии. В такой ситуации фундаментальных предпосылок для существенного укрепления национальной валюты в ближайшее время не предвидится. Определенное негативное влияние так же оказывает нестабильная ситуация в Украине.
В среднесрочной перспективе рубль с высокой степенью вероятности продолжит плавное снижение. Данная тенденция, скорее всего, будет способствовать не только росту инфляции в потребительском секторе, но и повышению процентных ставок по банковским депозитам и кредитам. Особое опасение в данном контексте вызывает существенно перегретый рынок розничного кредитования, так как при повышении цен на услуги и потребительские товары гражданам будет всё труднее обслуживать взятые на себя кредитные обязательства.
За ослабление рубля «заплатит» как население, так и бизнес, в особенности малый и средний. В более выгодной ситуации окажутся крупные корпоративные структуры с диверсифицированным бизнесом и кредитным портфелем, а также экспортёры сырья. В то же время рост мирового спроса на углеводороды до докризисного уровня смог бы оказать существенную поддержку как российской валюте, так и экономике в целом.
Ольга Копшева. Если серьезно, то предсказывать цены на нефть и доллар бессмысленно. Потому что они зависят от множества причин. Цена нефти, например, — от ситуации на Ближнем Востоке. Чем она напряженнее, тем нефть дороже. Курс рубля по отношению к доллару, регулируемый Центробанком, связан в нашей стране с ценой на нефть. Потому что примерно половина доходов федерального бюджета завязана на экспортную цену на нефть. И если она вдруг снизится, цена доллара сразу поползет вверх. Последний пересмотр рублевой цены доллара, заложенной в бюджете на 2014 год, начальники-экономисты делали в декабре 2013 года. Сдвинули планку на 50 копеек и сразу смогли рассчитывать где-то на 300 миллиардов дополнительных рублей в бюджет. Но сознательный курс на ослабление рубля в привязке к паре «цена нефти-цена доллара» — еще не все. Есть еще сам по себе доллар и его стоимость, которую определяет Федеральная резервная система США. Вот с начала этого года она начала свою валюту — доллар — укреплять, объясняя это тем, что экономика США стала лучше себя чувствовать. А если мы свою валюту ослабляем, а американцы свою укрепляют, то разрыв в парочке наших валют увеличивается, грубо говоря, с удвоенной силой.
Таким образом, улавливая сигналы, мы можем только гипотетически предполагать, как может просесть курс до конца года. Например, Ксения Юдаева (это заместитель председателя Центробанка, назначенная туда из экспертного управления АП президента) говорит, что недавно были проведены стресс-тесты, и им стало понятно, что коммерческие банки устоят при 40-процентной девальвации рубля. Что в этом суждении ключевое? Для людей, далеких от экономики, — успокоительное, что банки устоят и разрушения системы не будет. Для связанных с экономикой людей — угроза 40% обесценивания рубля. Но сама Ксения Юдаева разъясняет широким слоям населения, что их вообще не должен волновать курс рубля. Потому что для масс важнее инфляция. А инфляцию Центробанк удержит на уровне 5,5 процентов в 2014 году. Это, конечно, вранье бесстыдное. Но не такое опасное, как то, что часть своего заработка и пенсии в рублях людям нужно продолжать носить в банк на вклад. Потому что, когда пары рубль-доллар, рубль-евро начали плясать замысловато, обычным людям нужна совсем другая стратегия личного финансового поведения. Текущие деньги лучше сразу тратить. Не абы на что, конечно, а на то, что все время откладывалось. Особенно, если откладывались покупки импортных товаров. Потому что девальвация рубля отразится на их ценах. В рублях и евро автомобиль, компьютер, материалы для новых вставных челюстей будут стоить столько же, а в рублях дороже. Но главное помнить, что от девальвации выигрывает однозначно только бюджет. И крупные государственные банки, которым перед новым годом Центробанк выдал многомиллиардные рублевые кредиты под 5,5 процентов годовых. А они обменяли эти рубли на доллары и евро и теперь, поплевывая в потолок, богатеют из-за растущего спроса на валюту.
Василий Колташов. Олимпиада — подарок для нерасторопных россиян, для тех, кто не спешил в 2013 году переводить сбережения в иностранную валюту. ЦБ вынужден удерживать рубль от дальнейшего падения (мешать ему, как минимум). Это вызвано не только стремлением сохранить лицо здоровой экономики в дни состязаний, но и расчетом на хороший долларовый доход фирм, связанных с Олимпиадой. Однако шептуны из очередей у обменных пунктов, похоже, правы. Рубль по окончании состязаний в Сочи рискует вновь упасть, причем резко. Но даже без этого он будет слабеть. К осени доллар может дойти в цене до 40 рублей. Вообще же, степень падения рубля зависит от решений правительства. Но и без этого российская валюта должна идти вниз. В экономике спад, после вступления в ВТО импорт велик, а продажи российских автомобилей и квартир падают. Кредиты дороги и не могут поддержать продажи. В такой ситуации рубль обречен дешеветь, а россияне — терять в доходах. При том что падение курса национальной валюты еще и может ухудшить ситуацию в экономике — сжатие спроса всегда ведет к сокращению рабочих мест.
Некоторые аналитики утверждают, что обесценивание рубля выгодно экспортёрам нефти и прочего углеводородного сырья. Если так, какие бонусы получат в данной ситуации олигархи-сырьевики и чего ждать простым гражданам?
Ольга Копшева. Обесценивание рубля выгодно только тем экспортерам, кто результат своего производства продает за доллары и евро, но на само производство тратит только рубли. Если производство устроено более сложно, и чтобы произвести товар, который купит заграница, нужно покупать за другой границей комплектующие, технологии, сырье за доллары и евро, то выигрыш сомнительный. Потому что долларов и евро в этих сделках больше не станет.
У крупных экспортеров есть еще одна засада. Все они, как правило, закредитованы в западных банках. И должны обслуживать свои текущие платежи по кредитам долларами и евро. За которые и импортерам придется платить дороже.
Хуже всего придется тем предприятиям, которые покупают составляющие для производства товаров за рубежом, а сам товар продают внутри России. Придется цену на продукцию повышать.
Василий Колташов. Девальвация рубля, медленная или быстрая, снижает затраты экспортных компаний, не разрушая их основных рынков. Падение рубля означает уменьшение цены рабочей силы, что, несмотря на «восстановление» многих цен до нормального уровня, дает выигрыш. Но те компании, что ориентируются на российского покупателя, от новой девальвации не выигрывают: их покупатель слабеет, а внутренний рынок сжимается. В результате девальвации люди не только лишаются ценности своих рублевых сбережений — падает покупательная способность заработной платы, а цены все равно будут расти. Иными словами, за выгоды экспортеров платят не только масса россиян, но и внутренний рынок, и внутренние — на него ориентированные — производства.
Елена Ножечкина. Не будем забывать, что две третьи части доходов федеральной казны формируются за счет налогов и сборов, поступающих от экспорта газа и нефти. Таким образом, значительная часть финансовых средств попадет в федеральный бюджет и будет направлена на выполнение принятых социальных обязательств. Определенную выгоду от изменения курса рубля получат также экспортеры-производители продукции: металла, труб, минеральных удобрений, зерна, древесины и т.д., которые также оплачивают налоги, поступающие в бюджетную систему Российской Федерации.
Как ни странно, на первый взгляд, но могут выиграть и промышленные компании, торгующие оборудованием внутри страны. Высокий валютный курс приведет к тому, что некоторые российские потребители, вероятно, существенно сократят закупки оборудования за рубежом; соответственно, российская промышленность в случае, если валютный курс не будет снижаться довольно долго, получит возможность для развития. То же может коснуться и других отраслей промышленности.
Константин Русалкин. Я не склонен представлять наших сырьевых гигантов некими монстрами, мечтающими превратить экономику России в руины. Да, снижение курса национальной валюты сулит им определенную выгоду, но не стоит забывать, что ситуация на мировых сырьевых рынках далека от идеала, стоимость нефти продолжает снижаться, а резкого спроса в краткосрочной перспективе не предвидится.
Важно понимать, что слабость российской экономики порождается комплексом причин: зависимость от экспорта углеводородов — лишь одна из них.
Какие цели преследует государство, отзывая лицензии у российских банков, и к чему, на ваш взгляд, в итоге приведёт «оптимизация» кредитных организаций?
Константин Русалкин. Отзывая лицензии у банков, государство пытается очистить рынок от недобросовестных игроков, а также повысить степень управляемости банковской системой, что само по себе неплохо. Негативный фактор — происходит консолидация активов в руках крупнейших банковских структур, в особенности государственных и окологосударственных. В настоящий момент складывается ситуация, когда предприятия переводят расчетные и депозитные счета в крупные госбанки, пытаясь обезопасить себя от возможных рисков, обескровливая при этом надёжные средние и небольшие региональные и федеральные кредитные учреждения. Подобное поведение наблюдается и среди населения.
Создаётся порочный прецедент, когда размер бизнеса и близость к государству становятся синонимом эффективности. История знает множество примеров, доказавших обратное. В долгосрочной перспективе подобная политика, на мой взгляд, может привести к стагнации банковского рынка. Место для инноваций, конкуренции, качественного обслуживания клиентов останется лишь на страницах официальных отчетов, в реальности же клиенты столкнутся с невзрачным сервисом и обезличенными стандартизированными продуктами.
Василий Колташов. Отзыв лицензий у банков должен помешать развитию кризиса в кредитной сфере. Это вытягивание из ряда фишек домино тех, что готовы упасть и увлечь за собой остальные. Отзыв лицензий был опробован как антикризисный метод еще в 2011 году, когда начал рассеиваться туман «постриженного» оптимизма. Одна из задач отзыва лицензий — повысить уровень монополизма в банковском секторе, укрепить позиции ведущих банков (им за свои лицензии бояться нечего) за счет удаления с рынка массы мелких банков. Главная проблема отзыва лицензий как метода не в том, что он создает панику и провоцирует владельцев уводить капиталы из банков. В силе остаются причины банковского кризиса в России, те самые, что привели к росту просрочек платежей по кредитам в минувшем году. Потому у ЦБ в 2014-2015 годах может оказаться много работы, тогда как проблема слабости банковского сектора останется.
Елена Ножечкина. Думаю, что цели, преследуемые государством, направлены, во-первых, на консолидацию и укрупнение отечественного банковского сектора; во-вторых — на противодействие правонарушениям в финансовой сфере, отмыванию денег. Россия при своем уровне экономики остается в мировой тройке стран с наибольшим количеством кредитных организаций. На сегодняшний день в стране функционирует 1 069 банков. Причем 90% всех активов данного сектора концентрируется в двухстах из них, что составляет менее 20% от общего количества.
Всего в прошлом году лицензий лишились 32 банка. В 2014 г. Центробанк отозвал лицензии уже у трех. Мнение главы Сбербанка Германа Грефа, что «Центробанк действует сообразно ситуации, ничего экстраординарного не происходит, и в 2014 году не ожидается «драматического» сокращения числа российских банков», по сути, довольно обоснованно.
Ольга Копшева. Цели провозглашены правильные — почистить банковскую систему, в том числе от банков-помоек, выводящих деньги за рубеж. Ну и проверить коммерческие банки на прочность. Но на практике опять вспоминается Черномырдин с его «хотели, как лучше, а получилось, как всегда». Без разъяснительной работы с населением, да и с самим банковским сообществом идет чистка, которая со стороны кажется хаотичной. И аргументы про эффект неожиданности в данном случае не принимаются, потому что отзыв лицензий проводится так, что банк успевает вывести остатки активов, пока топор занесен над его головой. Контролер бьет по банкам громко, но получает сомнительный эффект. Деньги вкладчикам убитых банков возвращает специальная организация — АСВ, которая уже второе десятилетие собирает со всех банков — и хороших, и плохих — взносы на такие вот черные дни для вкладчиков отдельных банков. Говорят, что деньги у АСВ пока не кончились, но дело в том, что волна может ударить и по клиентам нормальных банков. В панике люди бегут в банки с госучастием, за неделю парализуя счета банка, который виноват только тем, что был небольшим. Вдобавок на рынке не раз и не два замечена нехорошая игра в черный пиар, когда конкуренты из больших банков федерального уровня переманивают к себе клиентов маленьких региональных. И все это, в конце концов, не исключает совсем другой цели банковской зачистки — оставить в стране несколько десятков банков. Их уже назвали системообразующими, то есть умеющими играть по правилам действующей системы. Перекроет ли это вывод средств за рубеж? Вряд ли. Потому что чем больше банк, тем легче в нем провести сомнительные операции.
Многие экономисты полагают, что после Олимпиады-2014 Россия может испытать «постолимпийскую» депрессию, вызванную высокими издержками на проведение спортивного мероприятия, в том числе и коррупционными. Согласны ли вы с данным утверждением? Если «да», каковы последствия для экономики России игр в Сочи?
Василий Колташов. Олимпиада не дала экономике большого эффекта. Тот мультипликатор, о котором говорят чиновники, имел слабый эффект. Зато ряд больших компаний смогли получить огромную прибыль. Помогла Олимпиада и китайским производителям спортивных сувениров. Власти опасаются резкого провала после состязаний в Сочи, поэтому они хотят продолжить вкладывать в город-курорт капиталы. Это не сделает Сочи чудо-столицей российского туризма, но немного смажет падение. Вообще же, особенных перспектив объекты-наследники Олимпиады не имеют: они нужны были на короткое время и уже скоро станут балластом. Для экономики же эффект от этого будет состоять лишь в факте попусту растраченных средств, которые могут очень понадобиться на решение насущных — созданных «вторым» кризисом — проблем.
Елена Ножечкина. В пользу сочинских игр Центробанк заявил, что Олимпиада должна помочь восстановлению платежного баланса. Как представляется, немало иностранцев, не попавших на Олимпиаду-2014, захотят посетить данные места впоследствии. Высокий курс доллара, вероятнее всего, заставит значительную часть жителей России пересмотреть планы на отдых в пользу черноморских курортов.
Судя по заявлениям первых лиц государства, Сочи будут и дальше поддерживать за счет федеральных средств. Наверное, это разумно, так как планируется придать Сочи статус круглогодичного курорта мирового уровня, что обязывает город сохранять положительный имидж. Гораздо более не разумным представляется вложить сотни миллионов рублей в одноразовый проект.
Ольга Копшева. Олимпиада завязана на федеральный бюджет. Денег в нем в последние лет десять в избытке. А все негативные последствия в российской экономике объясняются даже не большими бессмысленными тратами, а чудовищной коррупцией и практикой функционирования судебной системы, работающей на жуликов и против любого бизнеса — и мелкого, и крупного.
Константин Русалкин. Расходы на Олимпийские игры 2014 года составили, по официальным данным, 1,5 трлн рублей — это просто астрономическая цифра для подобных мероприятий последних десятилетий. При этом важно отметить, что это не единовременные траты, а итоговая сумма вложений, произведённых за довольно длительный временной интервал. Кроме того, в последнее время принято рассуждать о негативном влиянии Олимпиады на экономику России, но я предлагаю начать с позитивного.
Дополнительные расходы оказали стимулирующее воздействие на туристическую отрасль, производство цемента и металлопроката, строительную отрасль, была модернизирована инфраструктура региона проведения. По прогнозам ряда аналитиков, прибыль от Олимпийских игр-2014 способна добавить ВВП России до 1%.
В целом же, важно понимать, что основные траты были осуществлены в процессе подготовки, непосредственно проведение самого мероприятия никоим образом не способно негативно повлиять на экономику. Ожидания ухудшения экономической обстановки после Олимпиады многие связывают с тем, что экономика, по их мнению, уже стоит на грани краха, а правительство из последних сил удерживает ситуацию под контролем. Подкрепляются подобные догадки тем, что ЦБ допускает существенные колебания рубля, валютный курс которого постепенно снижается. На самом деле, для подобного развития событий существует целый ряд макроэкономических предпосылок, никак не связанных с Олимпиадой в Сочи, но это уже совсем другая история.
Бюджетный централизм в последнее время обсуждается весьма бурно. Даже первые лица говорят о пересмотре межбюджетных отношений и перераспределении налогов в пользу регионов и муниципалитетов. Но что в реальности? Не окажется ли так, что в нынешней экономической ситуации государство лишь затянет бюджетную удавку на провинции?
Елена Ножечкина. Бюджетный централизм имеет как плюсы, так и минусы. Среди плюсов можно было бы назвать сосредоточение большей части финансовых ресурсов государства «в одних руках», концентрацию значительных средств на приоритетных направлениях. К минусам можно отнести общую негибкость бюджетной системы, проявление бюрократического централизма.
Анализ динамики по годам сбора налоговых платежей и их распределения по уровням бюджетной системы показывает, что переход к данному принципу становится все более реальным. Если взять прошедший год, общая сумма налоговых платежей, собираемых во все уровни бюджетов с территории города, увеличилась на 11,5% по сравнению с предыдущим годом и составила более 80 млрд руб. Данная сумма распределена следующим образом: в бюджет Российской Федерации — 60,9%, в бюджет Саратовской области — 30,5%; на фоне этого доля местного бюджета в совокупных платежах по сравнению с 2012 годом сократилась на 0,8% и составила только 6,9 млрд руб., или 8,6%. В 2014 году налоговые доходы бюджета муниципального образования «Город Саратов» в результате произошедших изменений в бюджетном законодательстве и с вступлением в силу новых результатов кадастровой стоимости земельных участков запланированы в существенно меньшем объеме — 5,6 млрд руб.
Хотя минимальная потребность на реализацию вопросов местного значения — на протяжении многих лет — обеспечивается не более чем на 40%. Разговоры о пересмотре межбюджетных отношений и перераспределении налогов в пользу регионов и муниципалитетов пока остаются только разговорами, фактически ситуация только ухудшается.
Василий Колташов. Регионы придавлены расходами и долгами. Беда еще и в том, что они несут главные издержки от вступления России в ВТО. Заложено фундаментальное противоречие между элитами, связанными с сырьевыми корпорациями, и средним — региональным — бизнесом, а также связанной с ним местной бюрократией. Это противоречие может резко усилиться в ближайшие годы и получить разрешение при участии народных масс, доходы которых зависят от региональных экономик. Правительство становится все более либеральным по своим экономическим мерам, что провоцирует столкновение в обществе не меньше, чем придавленность регионов расходами, тогда как все выгоды имеют московские и питерские корпорации.
Константин Русалкин. Да, перераспределение налогов в пользу региональных бюджетов могло бы способствовать определенному росту экономического развития и модернизации части субъектов. С начала двухтысячных годов большинство субъектов Российской Федерации имеют дотационные бюджеты — фактически убыточны и полностью зависимы от федерального центра. Но проблема носит фундаментальный характер: требуются глубокая проработка и системный подход к её решению, включающий комплекс мероприятий по повышению уровня собираемости налогов, изменению нормативов распределения, возможному повышению отдельных статей. Таким образом, мгновенного изменения ситуации в лучшую сторону ожидать не приходится.
Ольга Копшева. В реальности деньгами федеральные власти делиться не хотят. Боятся выпустить из рук вожжи управления и власти. Потому что и в этих отношениях никто не отменял принципа: кто девушку кормит, тот ее и танцует.
Чем грозит бюджетная централизация регионам в целом и Саратовской области — в частности? Что необходимо предпринять, чтобы субъекты выбрались из долговой ямы, а муниципалитеты — из кризиса хронического недофинансирования?
Василий Колташов. Экономическая ситуация в регионах будет ухудшаться быстрее, чем в Москве, это уже видно по итогам 2013 года. Бюджетная централизация в этих условиях грозит привести к формированию широкой региональной коалиции, которая поставит вопрос о смене власти в стране, смене экономического курса и политического устройства. Иного выхода из долговой ямы у регионов нет, поскольку экономические потери их от ВТО и возвращения кризиса еще только впереди. Это будет поднимать градус общественного недовольства, пока проблемы не будут наконец разрешены.
Елена Ножечкина. При сохранении существующих нормативов распределения налогов между уровнями бюджетной системы последствия только одни: закредитованность бюджетов, рост долговых обязательств субъектов РФ и муниципалитетов, свертывание бюджетных инвестиций, невозможность развития городского хозяйства, социальной сферы. И это подтверждают всевозможные публикации в СМИ: о предбанкротном состоянии многих регионов РФ, высоком удельном весе дотируемых муниципалитетов.
Как реально можно исправить ситуацию — это четко разграничить полномочия с закреплением соответствующих источников финансирования. Довольно много пересекающихся вопросов, где федерация или субъект «обеспечивает» и «организует», а муниципалитет только «участвует», но при этом несет основную финансовую нагрузку и ответственность.
Работа с инвесторами, обеспечение загрузки производственных мощностей промпредприятий, работа с собственной налоговой базой регионов и муниципалитетов, безусловно, будут способствовать некоторому снятию напряженности, но реальный ключ к решению проблем находится в изменении бюджетного и налогового законодательства Российской Федерации.
Константин Русалкин. Регионы России уже не первый год живут в условиях бюджетной централизации, политика которой фактически не меняется. В связи с этим ожидать в краткосрочной перспективе какого-либо коллапса в субъектах Российской Федерации не стоит, а в среднесрочной перспективе прогнозируются постепенный пересмотр и модернизация межбюджетных отношений в направлении перераспределения ресурсов в пользу регионов. Для реализации подобного сценария существуют явные экономические предпосылки.
В части необходимых действий, повторюсь, — необходимо разработать комплекс мер по повышению уровня собираемости налогов, оптимальному изменению нормативов распределения, возможному повышению отдельных статей налоговых сборов. В любом случае, для качественного решения данной задачи предстоит кропотливая и длительная работа как на федеральном, так и на региональном уровнях.
Ольга Копшева. Бюджетная централизация уже привела к чудовищной разбалансированности региональных бюджетов. Регионам и муниципалитетам и так было нелегко, но после того как задобрили людей, голосующих на выборах, повышением зарплат, стало еще хуже. Потому что за эти обещания отвечают теперь все нижеследующие органы власти. При этом из центра финансируется только процентов 40 новых обязательств. Но их выполнение напрямую связано с возможностью занимать кресло губернатора и градоначальника. Добровольно в ближайшее время никто сверху пересматривать межбюджетные отношения не будет. Остается ждать, что среди руководителей субъектов федераций и муниципалитетов найдется достаточно смельчаков, способных отказаться от своих кресел. Только такой бунт поможет пересмотреть наконец формулу распределения налоговых доходов между различными уровнями власти.
Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями
Теги:
