Дело Андрея Пригарова: допрашивают мать бывшего прокурора

В суде продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего прокурора Кировского района Саратова Андрея Пригарова. Сторона обвинения считает, что предприниматель Алексей Чугунов на Кумысной поляне строил себе бревенчатый дом, когда над ним нависла угроза быть привлеченным к уголовной ответственности за мошенничество. Он якобы обратился за помощью к Андрею Пригарову, в тот момент работавшему заместителем прокурора (а затем и прокурором) Кировского района Саратова. Со слов Чугунова, в качестве платы за труд он отдал Пригарову недостроенный сруб. Но для него стало неожиданностью, когда суд всё-таки отправил его в колонию. Чугунов посчитал, что Пригаров его мог обмануть.

15 августа в суд вызывали человека, которому Чугунов тоже обещал тот самый сруб. Это бывший начальник управления спорта администрации Саратова Валерий Гвоздев, уволенный в 2011 году после того, как в подведомственном мэрии детском лагере отдыха "Солнышко" в июне того же года металлические ворота упали на 11-летнего мальчика. Гвоздев рассказал, что Алексей Чугунов должен был ему 5 млн рублей. Чугунов уверяет, что не брал 5 млн рублей у Гвоздева.

Далее, по словам Гвоздева, долг у него решил выкупить Пригаров. Но сделал это не сам, а через свою мать, Раису Пригарову, которая живет в Краснодаре. К ней ездил еще один фигурант дела - Михаил Хаматнуров, который привез часть денег и оформил договор уступки долга. Переуступка обошлась в 700 тысяч рублей.

Процесс допроса Пригаровой 24 августа был сложным - не работала видеотехника, посредством которой мать подозреваемого должна была рассказать обстоятельства выкупа долга. Сам бывший прокурор несколько раз махал ей рукой. Спустя длительное время связь удалось установить.

Но вскоре выяснилось, что Раиса Пригарова охотно отвечает лишь на вопросы адвокатов сына. Подтвердив перекуп долга, она начала почти по слогам зачитывать свой ответ, ее перебил судья Антон Степанов.

"Вы читаете, что ли?" - спросил он.

"Ага", - подтвердила Раиса Пригарова.

"Я просто уточнил. То есть вы читаете", - прокомментировал Степанов.

Вскоре выяснилось, что и готовый текст Пригарова зачитала не так как нужно: вместо фамилии Гвоздева она несколько раз сказала "Гвоздиков". Где фигурировали суммы в тысячах рублей, она просто называла рубли.

Когда зачитывание текста ответа закончилось, начались вопросы со стороны обвинения. Раиса Пригарова изменила тактику поведения. Она почти на все вопросы, за исключением уточняющих, стала отвечать, что берет статью №51. Это статья Конституции, по которой гражданин может хранить молчание.

"Как вам долг должен был отдать Чугунов - деньгами или вещами?" - спросил гособвинитель Вячеслав Вербин.

"51-я статья", - ответила Пригарова.

"Вы предпринимали какие-либо действия по возврату долга?" - спросил Вербин.

"Я - нет", - ответила Пригарова.

"А ваш сын?" - спросил Вербин.

"51-я статья", - сказала Пригарова.

Отказалась она отвечать, связывалась ли когда-либо с Чугуновым по возврату долга, а также удалось ли погасить долг.

"Скажите...", - начал Вячеслав Вербин.

"51-я статья", - ответила Пригарова.

"Я вопрос еще не задал", - удивился Вербин.

Сторона обвинения так и не смогла ничего выяснить у нее сегодня. Пригарова лишь пояснила, что у нее пенсия на момент заключения договора составляла 10 тысяч рублей и в распоряжении были деньги от некоей проданной квартиры.

"Мне 73 года, я перенесла коронавирус", - заключила она.

Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями