Ругаться о серьезном

Кто-то наверху крепко заинтересован в том, чтобы воспалительные процессы в обществе продолжались и набирали новые градусы. И при этом были инфантильны и неопасны – вроде боя подушками.
В новогодние каникулы скандализирующих поводов образовалось два, шум вокруг них и сегодня не думает утихать – премьера российского киноблокбастера «Викинг» и праздничное ТВ с бывшей певицей Аллой Борисовной Пугачевой на первом плане и канале. Кстати, оба повода объединяет еще и разнообразная фигура главного телевизионного технолога и босса страны – Константина Эрнста. Возможно, «кто-то наверху» - это Константин Львович и есть, но нас сейчас не конспирология интересует.
Эти кейсы убедительно демонстрируют, что социум не только чрезвычайно невротизирован, но и заблудился во времени, не слишком осознавая «какое, милые, у нас тысячелетье на дворе» и по сколько нам лет.
Случись «Викинг», скажем, в позднесоветское время – его никто бы не заметил (да что там «Викинг» - тогда народ и августовского путча 1991 года не заметил, равно как по советской инерции, – распада великой державы). Исключением стали бы, конечно, маленькие советские граждане мужского пола – отечественные патриотические боевики, чистейшая и высшая мальчишеская радость, были в жесточайшем дефиците. Вообще, лучшей рецензией на «Викинга» были бы непосредственные реакции мальчишки, жестами показавшего бы махи мечами, кат огненного колеса и тройное погружение при крещении. И христианский пафос фильма дети бы усвоили прекрасно, и не искали бы исторической правды, не мерились бы летописями, чья древнее.
Однако сейчас, после целого корпуса лент, сделанных в миксе «фэнтези + темные века + Шекспир в гламуре», после трилогии Питера Джексона, игр престолов и одноименного канадо-ирландского сериала «Викинги», думаю нет смысла смотреть ни на календарь, ни на возраст. Да, мы показали, что тоже умеем. Готовы собрать 7-й пресловутый айфон, но по цене целой, прекрасно оборудованной, лаборатории. Впрочем, есть и небольшое русское ноу-хау – вселенские грязи и гламурные физиономии, будучи помещены в один кадр, взаимно уничтожаются.
Больше на самом деле говорить особо нечего, самое загадочное в «Викинге» - как раз источник возбуждения столь свирепых страстей. Ну, яркое и смотрибельное кино. Не талантливое, нет, просто мастеровитое и профессиональное, однако для кино как индустрии данные качества важнее гения. С легко считывающимся мессиджем - настоящим Царем земным можно стать только признав настоящего Царя небесного, а до этого ты - пахан шайки наемников, разбойников и беспредельщиков, поклоняющихся дремучим кровавым культам. Надо сказать, что и этот нехитрый тезис зритель конструирует в голове, несколько натужно, поскольку Козловский великие мировоззренческие переломы сыграть не в состоянии. Не случайно воевода Свенельд (кстати, давно покойный ко временам осады Корсуни) смотрит на него, отказывающегося убить базилевса и вообще убивать, с брезгливым состраданием – актерская эмоция не вписалась в сюжет, но прекрасно оттенила его.
Теперь относительно Аллы Борисовны, которую объявили ответственной за весь новогодний телеэфир. Возможно, это и справедливо, но тоже выглядит некоторым анахронизмом – мы встречаем 2017-й, Алла же Борисовна явно, как говорил Паниковский, «человек из раньшего времени».
Вот там она бывала «нашим всем»: даже в позднесоветском фольклоре - недобром и циничном - Пугачевой отводился статус выше королевского - над властителями.
«Л. И. Брежнев - мелкий политический деятель времен Аллы Пугачевой».
«Что ж ты, Алла, не поешь? Отвечает Пугачева:
Насухую вам споет Рая Горбачева» - частушка времен горбачево-лигаческого полусухого закона.
Даже Пелевин, в первом романе вампирской саги, исхлестав гламурные нулевые, вывел АБП в образе Иштар Борисовны - царицы сверхсуществ, со всеми признаками уходящего, постыдного, но - Величия.
И, конечно, голубой, во всех смыслах, огонек – лишь повод (не думаю, чтобы он сильно отличался от эфиров 2016, 2015 гг. и далее везде). И обличения Пугачевой, и защита ее восходят, по сути, к одной эмоции. Люди не то, чтобы пытаются отнять у Примадонны право на старость – увы, кичливую, глупую и предельно пошлую, они пытаются спасти честное имя собственного прошлого, солидный кусок которого (полвека, а?) прошел вместе с Пугачевой.
Или вот свежий скандал и его фигурант – «художник» Павленский. Пока он вел себя как лагерное отрицалово, копировал стиль приличного урки времен «сучьей войны» (зашитый рот; яйца, прибитые к нарам, пардон, к брусчатке; «раб МВД», на лбу наколотое - а, это он не успел?) - считался актуальным художником, акционистом (хотя экшн, говорю, восходит к протестным, реально протестным акциям шестидесяти-, семидесятилетней давности), а главное - уважали его.
А как пошла мелкая хулиганка, подъездное гопничество, противненькое безумие дворового малолетки - и свои отвернулись.
То есть дело не в уголовщине, а в ее градациях. Де-градациях. Тут вопрос к прогрессивной общественности, поднимавшей Павленского как знамя «борьбы с режимом». Но ведь Павленский – один и тот же, и деятельность его растет из того же общего корня советской архаики – знакомые до тошноты образы, обрыдлый антураж, и садомазохизм такой же – тоскливый и привычный, как повторяющийся детский кошмар.
Я совершенно ничего не имею против советского прошлого, но ведь в нем масса куда более достойных, чем Алла Борисовна, поводов для ностальгии.
Я бы совершенно ничего не имел против невротизации общества, если бы на аналогичном «Викингу» градусе обсуждали великолепные историко-метафизические романы Алексея Иванова «Тобол» и Михаила Гиголавшвили «Тайный год». Кстати, категорически рекомендую.
И вообще, лучше приветствовать уголовника, который хочет сделаться художником, а не наоборот. Надо взрослеть, а не впадать в детство, пусть даже советское, лучшее на свете. Да и ругаться пора уже о серьезных вещах.


Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями