Итак, Общественная палата РФ утвердила новых членов Общественной наблюдательной комиссии, контролирующей соблюдение прав человека в местах принудительного содержания.
Как видно по списку саратовской ОНК, из 16 членов, как минимум 9 имеют отношение к силовым и карательным органам, а также тем самым «местам принудительного содержания». Из всех членов комиссии, пожалуй, лишь про Александра Никишина (и, может быть, про пару-тройку других членов, с коими лично не знаком, но надеюсь на их объективность) можно сказать, что он является независимым от власти человеком, оказавшимся в рядах комиссии то ли по недосмотру, то ли для демонстрации «разнообразия». Разнообразия, надо сказать, показательного, иллюстрирующего отношение созданных сверху «общественных» структур к самой общественности. Не той, что по мановению чиновников и партийцев делает нужные комментарии и собирается на различные заседаловки с правильным подниманием рук, «конструктивным диалогом» и принятием «консолидированных решений». А той общественности, которая реально хочет искоренять создаваемые в том числе и самой властью проблемы и защищать попранные её адептами и ревнителями права людей.
В нынешнем виде ОНК Саратовской области (как, уверен, и других регионов) похожа на попытку силовиков и прочих чиновников контролировать себя-любимых. Точнее, делать видимость этого контроля, производить пустоту и защищать администрации тюрем и колоний, пока те практикуют истязания и убийства «спецконтингента», считая такое отношение нормой. Круговая порука, как известно, мажет как копоть, а уж для бывших и действующих силовиков, не привыкших к выносу сора из избы, это железное правило, нарушать которое они, естественно, не станут даже переквалифицировавшись в общественники аки Остап Бендер – в управдомы.
Стоит хотя бы вспомнить, как прежний руководитель саратовской ОНК Таисия Якеменко вступалась за вертухаев ИК-13, убивших Артёма Сотникова, с непоколебимостью работника конторы глубокого бурения заявляя, что последний упал с лестницы. Мы-то к этому привыкли. Такие в российских тюрьмах и полицейских околотках «плохие» лестницы и шконки – с одних падают, на других вздёргиваются, и это считается нормой. А оборотней в погонах, коррупционеров, пресс-хаты, оперативные заказы и прочие неотъемлемые черты отечественного пенитенциарного ада «общественники» привыкли не замечать – ведь «безопасность государства», «сильная власть» и «великий порядок» важнее, чем права какого-то «спецконтингетна». Ну, подумаешь, с лестницы упал!
О засилье силовиков в наблюдательных комиссиях разных регионов говорят и в Москве. Как сообщается на сайте той же ОНК, на днях председатель комиссии СПЧ по пенитенциарной системе Андрей Бабушкин обратился в Общественную палату РФ с требованием объяснить, почему ряд правозащитников не прошли в расширенный состав региональных ОНК в местах лишения свободы. После недавних выборов в ОНК правозащитники обвинили комиссию ОП РФ по общественной безопасности в том, что она внедряет бывших силовиков в ОНК, а те работают не в интересах заключенных и ориентированы на сотрудничество с властью. Комиссию возглавляет нынешний руководитель столичной ОНК – председатель президиума организации «Офицеры России», член нескольких общественных советов при МВД Антон Цветков. Неудивительно, что руководитель комиссии будет лоббировать своих. Об этом, в частности, заявляет правозащитник Лев Пономарёв, считающий, что ситуация с ОНК год от года только ухудшается: «Они и осенью прошлого года состав ОНК формировали с большим жульничеством. Это была очень скандальная история. Сейчас они стали тщательнее подходить к отбору. Однако я абсолютно уверен, что они будут пользоваться любой возможностью, чтобы обмануть и протащить своих людей. Они это и делают. У них больше шансов».
ОНК, как и многие другие, созданные режимом институты «общественного контроля»,– это, увы, фикция, симулякр. Государство мало заинтересовано в гласности и открытости мест заключения для подлинного общественного контроля. В связи с новыми трендами приходится подстраиваться под «передовой зарубежный опыт», нехотя открывать врата лагерей и показывать охочей публике застеленные нары, вычищенные зубными щётками сортиры и примерных заключённых, у которых, конечно же, «претензий к содержанию нет». Хотя теперь, в разгар очередной межимпериалистической информационной войнушки с коварными европами и америками у российской бюрократии может появиться хорошая возможность сорвать маски и закрыть всю эту богадельню. Ну а недовольных правозащитников загнать в угол и объявить иностранными шпиёнами (пардон – агентами). На Ольге Пицуновой уже натренировались.
Главное, не стоит забывать, что отношение тюремщика к заключённому – это концентрированное выражение политики «партии и правительства» по отношению к рядовому населению. Похоже, мы для них все – «спецконтингент». Потенциальный лишь в силу их недоработок.
Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями
Теги:
