О юбилейном спектакле

Впечатления о юбилейном спектакле АТХ – противоречивые, потому что очень личные.
Тем не менее, рискну поделиться.
Предвкушая ностальгическое действо, я тешил глубоко внутри любимую горькую эмоцию, собственную щемящую ноту – вернуться, пусть механическим способом, на 15 лет назад (если не целая жизнь, то солидный и явно главный кусок ее). Постаравшись распутать клубок воспоминаний, в котором сюжетные нити-линии биографии уже неотличимы от цвета лет и зим. Перебрать, медленно, будто клавиши трогая, «невозвратных и далеких».
Убедиться – никто не молодеет.
Вообще поиграть со временем в эти безнадежные инвалидные пятнашки.
Тем более, пролог был – прошлогодний спектакль «Когда пройдет пять лет» с испанскими (баскскими) актерами на сцене театра Драмы – Иван Верховых привозил Лорку на янковский фестиваль.
Вот там, надо сказать, принакрыло (см. мою рецензию «Когда пройдет почти пятнадцать лет»), но сейчас я понимаю, что дело даже не столько в Иван Иваныче, сколько во Фредерико Гарсии.
В придуманном в этой странной, пограничной пьесе прорастании символизма в сюрреализм. Как это, собственно, и происходит, рано или поздно, в любой человеческой жизни.
Лёша Голицын заметил, что главный сюрприз ждет не на сцене, а в зале. Публика. Почти полный сбор пестрого и занятного народа, АТХшного круга (многих кругов). Он, оказывается, никуда не исчез, не растворился, не завис между городами, годами и странами…
Голицын оказался прав – пробираясь в зал, я встретил несколько персонажей из таких глубин прошлого, каких не преодолеть ни фейсбуку, ни самому столкновению лицом к лицу – непонятно, о чем и как тут говорить.
Преодолел глубины АТХ, спектаклем «Правда, мы были всегда». Это и был наш общий диалог через время.
Ностальгии, однако, не случилось. Актеры АТХ сделались сильными профессионалами, играют ровно то, что играют, без избыточных мотивов и смыслов. Публика повзрослела, а взрослый человек всегда работает зрителем немного меньше, чем в юности. И календарь чувствует только настенный или в органайзере мобильника.
В ту же строку – актуальность происходящего на сцене. Понятно, что Иван Иваныч и компания подобрали для юбилейного микса вещи с мощным элементом абсурда, драйва и смешения времен – «Прекрасность жизни» Евгения Попова, сказка Сергея Козлова (как бы сказка), «Незаживающий рай» мрачного русского гения Владимира Казакова и, конечно, Даниила Хармса.
Да еще, монолог из Лорки в исполнении Инги Монаенковой.
За бортом остались как бы реалистический спектакль «В ожидании Коровкина» по «Селу Степанчикову» Достоевского и, скажем, «Осенний крик ястреба» по стихам Иосифа Бродского – слишком индивидуальный, с его колдовским ритмом и мрачной иронией.
Есть это свойство у абсурдистского искусства – такая, блин, вечная молодость.
Да и пардон, социальная жизнь – страны и людей – всё туже закручивается в черную воронку абсурда.
…Действительно, не молодеем. Но поразительно то, что перевоплощаясь в героев, взрослые АТХшники убедительнейшее играют себя самих и тогдашних. Молодых и талантливых. Без временных и пространственных коррекций. Всё, как тогда.
С небольшими отклонениями. Сначала о радостных открытиях – знаменитые сцены из Хармса (шахматы, ноги в узел, закуривание пальцами ступни) – сделались не просто мощными выбросами артистической энергии; в акробатике Виталия Скородумова вдруг обнаружилась новая, сильная и самостоятельная мысль…
Не только отсюда, конечно, рождалось впечатление, будто все эти годы спектакли жили собственной, без режиссера и актеров, жизнью, где-то в уже состоявшейся вечности.
А печально, повторю, что сошла практически на нет любительщина в лучшем смысле – та самая подлинная народность, рожденная на стыке великолепной самодеятельности и наивного искусства. Скоморошество и юродство.
Видимо, победила установка на шоу, короткий и яркий эффект, на переживание здесь и сейчас, а не в развитии и послевкусии…
Впрочем, охотно допускаю, что это трудности и проблемы моего собственного восприятия. Не молодеем.
Интересны дополнительные, третьего плана, сюжеты. И тоже грустные. Великолепный писатель Евгений Попов, чьи тексты сделались драматургической основой лучшего, на мой взгляд, спектакля АТХ «Прекрасность жизни» (как же гениальна была бессмертная версия с вокально-инструментальным ансамблем на первом сценическом и ностальгическом плане), увы, за все годы в литературе не повторил уровень рассказов, получивших еще одну жизнь на саратовских сценах. Карнавальных и точных, где шукшинские персонажи неожиданно вырастали из современных юродивых в победителей и героев, а советский шансон прославлял ту страну и человеческую общность убедительнее всяких гимнов.
Или – вовсе банальная история. Когда ты не просто задаешься вопросом «Почему я лучше всех?», но доказываешь это каждым днем и жестом, будь готов к тому, что согласятся с тобой единственно возможным способом. То есть сначала недоумением – что это они себе позволяют? – потом кривыми ухмылками, брюзгливым замалчиванием, травлей – не лобовой, а через известные механизмы материального мира… А потом, естественно, охами-ахами, в которых еще заметней понимание, что все тогда было сделано ровно и правильно. Печать, подпись.

Подпишись на наш Telegram-канал. В нем мы публикуем главное из жизни Саратова и области с комментариями